Наступил день его ухода. В этот день к нему в гости собирались прийти преданные из Курджиново во главе с президентом. Просто спеть киртан, побыть рядом. Веданга прабху очень их ждал, всё спрашивал, когда же они придут. И вот они пришли, устроили киртан, в рот налили чаранамриту, на лоб поставили Говардхану-шилу, а к лицу поднесли изображение его духовного учителя Индрадьюмны Свами. Веданга прабху стал широко улыбаться, глубоко вздохнул несколько раз и ушёл совершенно неожиданно для всех присутствующих... Потом оказалось, что это был день ухода Бхишмадевы, а он знал, когда умирать. Я пришёл позже, часа через 2. И, действительно, атмосфера там была такая хорошая, никакого страха. И я подумал, ну вот, Слава Богу, всё-таки он вспомнил о Кришне, молодец! И даже какая-то радость появилась за него. Хорошая смерть! Вечером в храме устроили киртан, и преданные вспоминали о нём, каким он был хорошим преданным. Звезд с неба, может быть, не хватал, но искренне трудился для Господа и получил вот такую милость, несмотря на некоторые свои недостатки. А, значит, у нас тоже есть шанс.
Бхакта из Ершова
Уход мамы
Моя мама узнала, что больна лейкемией. В 90% эта болезнь не лечится, и она это знала. Но врачи пообещали помочь ей химиотерапией, она согласилась.
После лечения у неё выпали волосы, кожа потрескалась, глаза ввалились, было очень тяжело на это смотреть. Она не теряла надежды до последней минуты, но состояние ухудшалось с каждым днём. Все знали, что скоро её не станет с нами, и были к этому готовы.
В тот день она была совсем плоха, и мы, все родственники, дежурили возле нее по очереди. Дядя, отсидев день, сдал мне смену. Мама была в сознании, но очень слаба. Мы с ней разговаривали о религии. До этого я читал ей «Дневник странствующего проповедника» Индрадьюмны Свами, ей очень нравилось, и мы обсуждали эту книгу. Это и стало толчком для философских дискуссий. В какой-то момент она вдруг произнесла: «Неужели он существует?» « Кто?» — спросил я. «Он, Иисус» — был ответ. Это было похоже на обращение к Нему, голос её дрожал, и слёзы появились на глазах, она была полностью беспомощна. Я ответил, что, конечно, Он есть, и Кришна есть, и стал что-то рассказывать, что читал в книгах. Она закрыла глаза, я подумал, что она спит, но это была кома. Я понял это, мне стало жутковато, и я начал читать мантру вслух. Хотя мой ум метался, эмоции и слёзы захлестывали меня, практически я не слышал ни слова мантры, но продолжал ее повторять. Смерть была совсем рядом. Утром я позвонил в храм и попросил листьев Туласи. Отсутствовал где-то 2 часа, вернувшись, увидел, что она очень сильно изменилась. Это тело напоминало мне мать, но её там не было. Мурашки пробежали у меня... я не могу описать, что я чувствовал. Таких сильных эмоций я не ощущал за всю мою жизнь. Вдруг она перестала дышать на несколько секунд, потом очень глубоко вздохнула, сделала выдох, и на этом всё кончилось. Она ушла. Я положил листик Туласи ей в рот и омыл тело водой из Радха-кунды. Потом позвал врачей.
Тогда её смерть очень сильно подействовала на меня — я увидел реальность.
Гаурасундар дас
Вайшнав Тхакур
Когда Вайшнав Тхакур прабху ушел, каждый из нас, очевидно, подумал: «Что же случилось? Куда же он ушел? Неужели это тот самый случай, когда душа уходит к Богу? Где же он сейчас?»
Мы можем быть уверены в одном: сейчас он находится в хороших условиях. Я находился рядом с ним в последний момент его жизни, со мной был Слава Березин, мы повторяли Святое Имя. В последние часы своей жизни Вайшнав Тхакур прабху почти непрерывно, не мигая, удерживал свой взгляд на изображении Радхи-Кришны. И хотя он уже не мог двигаться, в последний момент рукой он придерживал «Источник вечного наслаждения» и смотрел неотрывно, и было очевидно, что он находится в сознании. Мы повторяли ему Святое Имя, и все произошло очень тихо и незаметно, фактически так он и жил — тихо и незаметно...