Выбрать главу

Боско видит как бы волчок белого света, концы которого сужаются по направлению к полюсам. Свет такой яркий, что создает гипнотический эффект. Никогда профессор не видел ничего подобного. Постепенно, по мере того как изображение фокусируется, оно увеличивается в масштабах. И, приближаясь, приобретает голубоватый оттенок. И тут на вроде бы безупречно ровной светящейся поверхности начинают появляться маленькие неосвещенные зоны.

Как будто на гигантском холсте появилась сотня мелких трещинок.

Ученый не сразу соображает, что смотрит на Вселенную снаружи. Свет, который он видит, отбрасывают тысячи миллионов звезд. А темные зоны, зрительно увеличивающие изображение, — это пустое пространство.

Он видит то, о чем ни одна живая душа не могла даже мечтать.

— Так… сосредоточились… Теперь проникаем в тайну! — кричит Нострадамус.

«Что он имеет в виду?» — недоумевает профессор.

Теперь изображение уменьшается. Вселенная сжимается, свет приобретает красноватый оттенок «Эффект Допплера», — думает Боско. Как звук приближающейся «скорой помощи» кажется наблюдателю более высоким, а удаляющейся — более низким, так и источник света в пространстве, приближаясь к нам, выглядит голубоватым, а удаляясь — красноватым.

Они несутся в прошлое с немыслимой скоростью.

С начала путешествия не прошло и минуты, а Вселенная уже стала крошечной светящейся точкой в центре экрана.

— Мы пока за десять миллиардов лет до Большого взрыва! Пять миллиардов лет мы уже отмахали. Я сейчас снова увеличу изображение, — сообщает верховный жрец.

Светящаяся зона увеличивается в размерах и становится голубоватой прямо на глазах у изумленного Виктора. Это служит очередным указанием на то, что они приближаются к цели.

Через несколько секунд свет разрастается уже почти во весь окуляр, но на этот раз темных вкраплений гораздо меньше. «Мы видим меньше межзвездных пустот, потому что Вселенная начала расширяться из одной точки!» — говорит себе профессор.

— Мы уже за миллиард лет до начала. В это время образовались первые звезды, — прерывающимся от волнения голосом объясняет Нострадамус.

Казалось, они смотрели фильм задом наперед. Алхимики и Боско увидели, как гаснут миллионы крохотных звездочек.

— Сто миллионов лет! Тогда появились первые галактики.

Нострадамус постоянно напоминает им, что они несутся в прошлое с бешеной скоростью.

Боско видит какие-то газообразные формы, спирали, эллипсы, диски… Они распадаются и соединяются, образуя одно огромное облако газа. Он знает, что ни одно из этих облаков не является нашей галактикой, тут нет Млечного Пути, потому что хотя перед ним сейчас спиральная галактика (как и те, что недавно исчезли на его глазах), наша галактика сформировалась, когда Вселенной было более миллиарда лет.

Виктор смотрит на часы. Осталось меньше восьмидесяти миллионов лет. Млечный Путь уже исчез. Он только что наблюдал одно из самых эффектных зрелищ в мире, такого никто до него не видел. И это зрелище подтверждает многие из известных ему научных гипотез.

Виктор понимает, что сейчас все галактики сойдутся в одной точке, за несколько минут пройдя путь, который длился миллиарды лет и не завершился до сих пор.

Но у него нет времени взвесить последствия происходящего, потому что в зале вновь раздается голос предводителя алхимиков:

— Идем дальше.

Весь окуляр микроскопа занимает белый свет. Уменьшаясь, он постепенно розовеет.

Боско догадывается, что свет в форме слезинки — это Вселенная, которая сейчас удаляется от них на огромной скорости и уменьшается в размерах.

Нострадамус кричит в состоянии, близком к экстазу:

— Мы всего за триста тысяч лет до цели! И видим момент, когда распадается единство материи и излучения. Когда это произошло, возникла такая сильная радиация, что она пронизала все пространство. Ее следы выявляются до сих пор.

Для Виктора не секрет, что Нострадамус имеет в виду фоновую космическую радиацию, или реликтовое излучение, которое было открыто в 1965 году физиками Арно Пензиасом и Робертом Уилсоном. Настраивая антенну, предназначенную для ретрансляции телепередач, они случайно обнаружили сигнал, некий шумовой фон, поступавший не из какой-то определенной точки, а как бы отовсюду. Сами того не подозревая, ученые нашли самое исчерпывающее доказательство теории Большого взрыва и за это получили Нобелевскую премию.

Изображение начинает увеличиваться в размерах.