— Не понимаю. И твоя интонация мне совсем не нравится. Каковы твои намерения?
— Благие, — коротко ответил он, и демонстративно отвернулся от Эмелис, оперившись одной рукой в стол. — Совладать с переменной в данный момент я не способен, и не способен никто, кроме вас самой. Теоретически, именно из-за ваших добрых намерений Вселенная лишь ещё больше страдает.
— Я не понимаю, о чем ты, — повторила Эмелис. — Ты хочешь сказать, что Уроборос…
— Хочу.
Сол реагировал совсем как настоящий человек. В его характере определенно произошли некоторые изменения, и возможно он даже пересмотрел взгляд на некоторые вещи. Значит и истинность благих намерений, возможно, была под угрозой. Но это проверить было невозможно.
— Уроборос был константой. Константой, которая не должна была измениться, он должен был оставаться в живых. Я не мог и предположить, что вам удастся его одолеть. Я даже и не рассчитывал, что вы вообще пойдете против него. Как оказалось, мои базы данных далеко не идеальны, я и сам могу ошибаться, а значит моя теорема предопределения может оказаться пустышкой, которая просто пытается предугадать будущее, но при этом действует как дешевый оракул или гадалка, чьи способности в предсказывании будущего слишком сомнительны, чтобы вообще пытаться их учесть. Развитие и смерть Вселенной отныне идет иначе, и я думаю, что вы и вправду не остановитесь на достигнутом. Конец Вселенной выглядит более размытым, неопределенным, всё более и более хаотичным, дифференциальным. Однако отклонение от предыдущего курса развития Вселенной пусть и велико, но не настолько катастрофично. Ещё есть возможность залатать математическую брешь. Изменить переменную, сделать её константой…
— Изменить меня, — дополнила его речь Эмелис. — Да, я понимаю. Но мои убеждения идут в разрез с твоими. Потому что я не могу быть уверена в твоей честности, ты недосказал о множестве важных… Констант, да, так будет правильнее и понятнее для тебя. Ты не рассказал мне о своих следующих планах. Уклонялся от любых вопросов, которые, скорее всего, задавала тебе не только я одна. А теперь ты и вовсе меняешь свои политические убеждения, переобуваешься, прости за просторечность. Вначале ты был за Империю, предал её, скрылся, вошел в контакт с Изгоями, вновь скрылся, вернулся к Империи и вновь предал её. А теперь мило прислуживаешь моему отцу на пороге создания новой политической системы, которую ты покинешь также легко и быстро. У меня больше нет желания доверять тебе. Его и не было с момента поглощения Вечного сердца мной.
— Вы…
Слишком многое нужно было анализировать Солу. Одна задача перекрывала другую, приоритетность задач менялась в режиме реального времени, ветвилась, перемещалась, старые приоритеты бесследно затухали, исчезали, новые приоритеты двигались неразборчиво. Даже его технологическое превосходство имело сбои, имело некие логические пустоты, которых Сол сильно боится. Для обдумывания всего сказанного девушкой ему нужно было провести десять секунд, уставившись на одну точку мертвым взглядом. Это было для него совершенно не характерно. Это было необычно.
— Я расскажу всё. Я попытаюсь объяснить, и надеюсь, что вы всё-таки поймете меня и вновь склонитесь на мою сторону, — внезапно вернулся он в реальный мир, всё обдумав, и кажется, всё взвесив. Эмелис была слишком напористой, слишком догадливой, слишком более глубокой, чем думал Сол до этого. Более переменчивой.
— Давай начнем с истоков твоего создания. Я хочу узнать, откуда же ты всё-таки пришёл. Кем являешься на самом деле. Какие цели преследуешь, — возгордилась девушка, ведь одержала победу.
— Это будет сложный для вашего понимания разговор, ваша Светлость. Возможно несколько травмирующий, возможно вгоняющий в экзистенциальный кризис… — всё тянул он время. Он знал, определенно знал о том, что творится снаружи оккупированной станции. Он надеялся на то, что беседа с Эмелис закончится как можно раньше.
— Я готова. Посвяти меня в свои тайны.
— Я лгал вам о своем происхождении, — начал он, и заметив небольшую улыбку Эмелис, продолжил, — На самом деле моя родина располагается не в этом мире. Я пришёл из иного пространства, которое в некоторых моментах связано с этим пространством. С этой Вселенной.
— Ты пришёл с другой Вселенной, — удивилась Эмелис. Они с Треей, конечно же, рассматривали варианты того, откуда мог произойти Сол, и она точно знала, что её предположения будут верны.