Под каждым из предметов кем-то заботливым была прикреплена черная прямоугольная табличка с мелкими белыми буковками.
- И чего? – перевел требовательный взор с озадачивающего ассортимента на рыцаря студент.
- Гляди, маг, - торопливо заговорил шевалье, будто дожидался только этого вопроса, и руки его потянулись к причудливому потолку, - вот эта штука открывает и закрывает ее рот – тут написано… только вверх ногами… «опустить сходни» и «поднять сходни».
Деловито и спешно он закрутил по часовой стрелке диковинное колесо, оказавшееся способным вращаться, и пассажиры нервно подпрыгнули: в рыбьей утробе что-то вздохнуло печально, пристукнуло, причавкнуло, и клыкастая пасть стала быстро смыкаться.
Герцогиня айкнула испуганно – но было поздно: последние отблески далекого костра пропали из виду, и просторное помещение черепа освещалось теперь лишь загадочным бледным светом, исходившим от стен, да подмигивающими зелеными и красными пуговичками на потолке.
Сосредоточенно наморщив лоб, не опуская головы и иллюстрируя сказанное делом, Люсьен продолжал:
- А если потянуть костыль в ту сторону, где написано «полный назад»…
Словно иллюстрируя слова капитана, судно их дрогнуло, забурчало, застучало не видимыми из головы внутренностями, и попятилось, почти не качаясь на поднимаемых массивной тушей волнах.
- …покрутить это колесо, самое большое – будет поворачивать направо и налево… - продолжал шевалье священнодействовать над столешницей, и новоявленный корвет, бурча кишочками, послушно выполнял все его команды.
- Теперь «малый вперед»… - Люсьен чуть подвинул костыль, и остановившаяся было рыба неспешно двинулась вдоль скалистой стены озера. – Там еще много чего понаписано, но очень уж мелко… Да и ничего важного, наверное: ведь самое основное я уже выискал.
Грета подумала, ст оит ли попросить рыцаря пустить корабль быстрее, решила, что тише едешь – дальше будешь, и вместо этого просто задрала голову и принялась наблюдать за перемигивающимися созвездиями из разноцветных пуговичек.
- Чудеса… - восхищенно протянула она.
- Ага! – довольно подтвердил де Шене и просительно глянул на крестьянку: - Ты не могла бы подойти к иллюминатору… левому… и говорить нам, что там? Темно, мне отсюда толком ничего не видно… Боюсь, мимо причала проплывем – и не заметим. Я решил по озеру не метаться, а идти вдоль берега. Когда-нибудь на эту пристань мы наткнемся обязательно.
Дочка бондаря с готовностью встала там, где смыкались челюсти, и старательно протерла рукавом мутноватое стекло иллюминатора.
- Главное – наткнуться на пристань, а не на стену, - высказала всеобщее опасение герцогиня.
- Да если даже и на стену наткнется – чего ей станется, железной-то, - небрежно отмахнулся студент, задрал голову, вытянул руку вверх и, тыкая указательным пальцем поочередно во все таблички, принялся изучать надписи под пуговицами, часами и колесами.
С напряженным нетерпением Грета прислонилась лбом к толстому выпуклому стеклу глаза, пытаясь рассмотреть при льющемся из-за ее спины слабом свете проплывающий мимо ландшафт. Пальцы ее автоматически сомкнулись на крайнем клыке и принялись нервно теребить его. Время от времени она выкликала «Правее!» или «Левее!», и тогда шевалье торопливо крутил рулевое колесо, задавая своему корвету новый курс. Герцогиня Жаки пристроилась наблюдателем у противоположного иллюминатора – так, на всякий случай: кто знает, где у этого Гавара может быть второй причал?.. Розовые валенки, неуверенно потоптавшись в глотке, шаг за маленьким шажком направились на разведку в брюхо. Изабелла, подумав недолго, не присоединиться ли и ей к экспедиции, решила, что нет, и встала рядом с тетушкой.
- Всё равно не понимаю – как она не тонет… железная… - пробормотала крестьянка, не отрывая жадного ищущего взгляда от однообразно неровных серых стен во тьме за стеклом.
- В молодости… - прозвучал неожиданно под ухом Люсьена мечтательный голос герцогини, - я читала роман… про одного гениального человека… загадочного, бородатого и темноволосого, с печатью гнетущей тайны и суровых испытания на смуглом челе… который сделал большую лодку в виде бочки – и из железа...
- Бочки? – сделала вид, что чрезвычайно заинтересована, и переместилась поближе к пульту управления[96] принцесса.
- Из железа? – рассеянно подивилась крестьянка.
- Что за нелепая идея! – Агафон остановил палец над одной из пуговичек и повернул голову к очагу разгорающейся дискуссии. – Она же утонет в тот же миг, как окажется на воде! Если это была не волшебная лодка, конечно.
- Нет, абсолютно не волшебная, - одарила школяра укоризненным взором де Туазо.
- И она не затонула при спуске со стапелей? – удивился тот.
- Конечно, затонула! – торжествующе хмыкнула герцогиня. – У самого причала! И все стали смеяться над ним, а он гордо вскинул голову и сказал, что так и было задумано, потому что это – подводная лодка!
- Подводная? – тупо сморгнул школяр, но придумать иного аргумента против такой несуразной идеи, кроме как «она же нальется водой и снова утонет», больше не смог.
- Да, подводная, - горячо встала на защиту романтичного смуглого изобретателя герцогиня, словно это был ее родственник. – И потом он и его команда путешествовали на ней по морям…
- Под водой? – выказывая еще большую степень сообразительности, уточнил чародей.
- Ну, естественно! – картинно закатила глаза тетушка Жаклин. – А как же еще? Они плотно залудили щели, чтобы вода не попадала, и плавали по дну.
- Как плавали?
- Веслами. Гребли, отталкивались от дна – и плыли.
- Ползли, вы хотите сказать, - скептически прищурился студент, презрительно отверг саму идею как ничему не сообразную и снова погрузился в чтение шильдиков.
- Какая разница! – возмущенно тряхнула остатками куафюра герцогиня. – Зато под водой! А когда попадали в попутное течение, то поднимали паруса – и неслись вперед как дельфин, меж развесистых кораллов и голотурий! Это было так восхитительно, прекрасно и романтично!.. Кстати, их корабль так и назывался – «Дельфин». Только не припомню, как звали капитана… Маг, ты читал эту книжку? Как его звали?
- Никак, - процедил через плечо его премудрие, недовольный тем, что его самообразование прервали, и палец его, на мгновение оставшись без контроля глаз, заходил, описывая круги, вокруг большой красной пуговицы.
- Точно! – просияла вдруг принцесса. – Я читала! Вспомнила теперь! Его звали капитан Никак! Или Нигде?.. Или Незачем?..
- На кой пень, - на этот раз добровольно оторвался от кратких курсов кораблевождения и любезно подсказал волшебник.
- Думаешь? – с сомнением устремила на него взгляд Изабелла.
- Практически уверен, - торжествующе усмехнулся маг, - как и в том, что по своей воле я под воду на запаянной железяке не сунулся бы ни за какие коврижки. Если швы потекут, или весла сломаются об камень, или она наткнется на что-нибудь и получит пробоину, или просто застрянет, или… Да причин того, что такая подводная, с позволения сказать, лодка, в один прекрасный день под водой и останется – сотни, если не тысячи!
- И я тоже так думаю… - пробормотала Грета, нервно раскачивая рыбий зуб и не отрывая ни на мгновение взгляд от окна.
- Самоубийство чистой воды, - убежденно кивнул шевалье, не отрываясь от штурвала.
- Читать подобные выдумки, безусловно, интересно… - начала было Изабелла, но взволнованный выкрик крестьянки заглушил ее последние слова
- Пристань!!! Пристань там!!! Впереди!!! Скорее!!!
Все, кроме Люсьена, кинулись к ее иллюминатору в предвкушении, страхе и возбуждении от совсем близкой встречи с Гаваром… И верно: метрах в семи и приближаясь, в черной неровности скальной стены вырисовалось еще более темное пятно хода.