- Они… настоящие?.. – споткнулся, засмотревшись, Лесли.
- Добегут – узнаем…
Агафон взмахнул палочкой крест-накрест, и три или четыре передних быка пропали, будто вычеркнутые, но остальные, лишь подстегнутые исчезновением товарищей, злобно взревели и прибавили ходу.
Школяр бормотал под нос заклинание за заклинанием и махал палочкой уже не как мечом – как дубиной, быки исчезали один за другим, но проще, наверное, было вычерпать море по капле…
- Ты их не остановишь! Бежим к воротам! – заорал дровосек, перекрикивая грохот уже бегущего стада, но оно точно услышало, и ровно надвигавшийся доселе фронт стал выгибаться дугой, чтобы отрезать им путь.
- Да чтоб они… - безнадежно взвыл маг, осекся, озаренный внезапной идеей, остановился, уперся ногами, точно готовился встретиться с ними в поединке, и принялся выписывать палочкой в горьком от поднятой пыли воздухе замысловатые вензеля.
- Пошли, говорю!!! – Лесли отчаянно потянул студента за рубаху, встретился с ним глазами и прикусил язык.
Последние слова заклинания утонули в грохоте сотен и тысяч копыт. Лес в ужасе присел, не желая бежать один и не решаясь оторвать чародея от его задачи, готовый к самому худшему…
Искрящийся белый свет вдруг ударил из палочки, и где касался он буйволов, они застывали, превращаясь в неподвижные глыбы серого льда.
Сощурившись, с перекошенной от напряжения физиономией, точно удержать палочку – и то составляло для него огромный труд, Агафон водил непрестанно бьющей белой струей по головам зверей, с тупым упорством налезавших на замерзших товарищей, словно поливал смешавшееся стадо из брандспойта, и напор их замедлялся, пока не остановился совсем.
Когда обессиленный студент с изнеможением опустился на землю, то в десяти шагах от них возвышалась ощетинившаяся рогами и острыми копытами стена серо-зеленого льда, из-за которой Гавара не было видно и следа.
Лесли окинул благоговеющим взглядом гору замороженной воды, присвистнул нервно, и тут же деловито дернул крестного за рукав.
- Поднимайся. Надо уносить ноги, пока его нет.
- Уг-гу… - помотал головой маг, точно пьяный, позволил поднять себя, сделал несколько нетвердых шагов в гору – черное пятно портала, уменьшившееся раза в два по сравнению с последним разом, когда он его видел, колеблясь, словно марево над раскаленной плитой, висело в трех десятках метров от них.
То и дело оглядываясь, друзья бросились направо, огибая ледяной отрог, преградивший прямой путь наверх.
Под ногами на раскаленной земле, превращая песок в грязь, словно закипающее на сковородке масло, шипела растекающаяся из-под айсберга вода.
Агафон, неуклюже перепрыгивая мелкую, но горячую лужу, тревожно глянул на гребень горы: портал на гребне, поначалу величиной со всю лабораторию Гавара, сжался теперь до размеров самой большой арки.
- Успеть должны… - облегченно выдохнул он и прибавил шагу, как мог, хромая на обе ноги.
- Не видно мерзавца… - прохрипел дровосек, выходя, наконец, на финишную прямую.
- Надеюсь, он там примерз своей паршив… - начал высказывать желание всей души Агафон…
И тут лиловая молния ударила справа от него, обдав их фонтаном из рассеченного камня.
- Кабуча!!!.. – взвыл студент, рванулся вперед, едва не обгоняя крестника – и повалился, уткнувшись в невидимую преграду.
- Далеко ли направились, молодые люди? – издевательски прозвучал наверху холодный, как весь лед Агафона, голос.
Школяр развернулся, взмахнул палочкой, изо всех сил пытаясь сообразить, сыплются ли серебряные искры из нее или у него из глаз – и на черную на фоне бледного неба фигуру упала розовая сеть.
Тут же испарившаяся во вспышке желтого пламени.
- Агафон, отойди! – раздраженно выкрикнул Гавар. – Что бы ни случилось, я не причиню тебе вреда, бояться нечего!
Его премудрие, довольный неожиданным разрешением, попятился, но непроницаемая стена была на месте. Более того, между ним и Лесли появилась точно такая же, и крестник его, отчаянно молотя кулаками в пустое, но неподдающееся пространство, метался по застенку из затвердевшего воздуха.
- А ты куда? – усмехнулся колдун, почти ласково глядя на Агафона. – С тобой, маленькая феечка, мы еще разговор не закончили.
Он разрубил воздух ребром ладони, и невидимый кнут хлестнул школяра по лицу.
Тот вскинул палочку, выкрикнул торопливо заклятье…
Ничего.
Гавар не угрожал его крестнику, и палочка бездействовала.
«Основы фейского дела, часть первая, глава вторая «Ограничения и оговорки»… Невозможно применить палочку против не угрожающих безопасности крестника живых существ…»
В замке на лестнице он считал, что Лес в опасности, и поэтому смог трансформировать бугней во что хотел. Теперь же…
Проклятый Гавар! Нужно же было ему сказать именно так!..
- Задумался, малыш? – ощерился колдун, презрительно взирая на него со своей ледяной скалы. – Думать надо было раньше… когда совался в мои дела.
Руки мага снова вскинулись, рассекая воздух, и град ударов посыпался на голову, спину и плечи школяра, оглушая и ослепляя, сбивая его с ног. Колдун не говорил больше ни слова, но по физиономии его, яростно-багровой и перекошенной злобой, было видно, что проделать то же самое своими собственными руками ему не позволяла только брезгливость.
Теряя сознание и ориентацию, все еще сжимая в кулаке ставшую бесполезной палочку, Агафон упал ободранными коленями и локтями в грязь и вздрогнул от боли: черная жижа обжигала будто кипяток.
«Такого количества воды эта гора не знала, наверное, за всю историю существования…» - проплыла в ускользающем сознании нелепая мысль.
И тут волосы его встали дыбом: белесое, как брюхо дохлой рыбы, небо не затемнилось, но все его испуганные, загнанные в угол чувства разом вскричали, что над головой его нависло нечто огромное и тяжелое.
- Ну, хватит, порезвились… - словно подтверждая догадку, проскрипел откуда-то издалека голос колдуна. – Портал скоро закроется. И нам пора.
Что-то подсказывало студенту, что в этом «нам» места ему не было.
Мотая, что оставалось сил, головой, чтобы сбить с пути норовящее предательски спрятаться сознание, он приподнялся на локте, тщась увидеть Гавара, но все, что маячило, расплываясь и троясь в поле его зрения – это подтаивающая глыба льда над старой воронкой от взрыва.
Воронка…
Глыба…
Лед…
Гавар… где…
- Приятно было познакомиться, - хмыкнул сверху надменный голос.
Нечто, висевшее над ним, шевельнулось, медленно опускаясь…
И точно отчаянная вспышка, пришло озарение.
Рука студента с палочкой вытянулась вперед, и пара простейших слов слетела с разбитых губ.
Розовая, как хвост марципанового поросенка, и такая же искривленная молния вырвалась из палочки и вгрызлась в ледяной постамент колдуна. Тонны замороженной воды дрогнули, точно желе, и вдруг нижняя часть айсберга брызнула во все стороны приливной волной, сбивая Агафона с ног, впечатывая в стену, роняя на голову ему сорвавшуюся громадину…
Если бы его голова все еще была там.
Ибо стена, непоколебимая еще секунду назад, исчезла, словно снесенная несущимся со скоростью цунами студентом, и тот пролетел на волне еще с десяток метров, прежде чем встретиться с очередным камнем – но камнем размером не больше овцы, и спокойно стоящим на месте, а не пытающимся превратить его в лепешку.
Других камней вслед ему не летело, и новых стен не росло. Как видно, у Гавара появились иные развлечения, кроме его премудрия.
Застигнутый врасплох, колдун потерял равновесие, хлопнулся на внезапно просевший лед, но в падении успел вскинуть ладони, пытаясь нейтрализовать заклинание противника.
Ледяная скала, точно устыдившись своего легкомысленного поведения, таять прекратила и окуталась до самой верхушки и выше густым паром – точно на каменку из ушата плеснули.