- А чего тут думать? - покосившись на крестника, проглотил вертевшиеся на языке слова и усмехнулся студент. - Козе понятно, что герцогиня сейчас в замке Гавара.
- Гавара?..
- Гавара?!
- А разве он есть?..
- А разве он жив?..
- А разве…
- Но почему?..
- Но зачем?!
Агафон устало опустил плечи.
- Ну, чего вы все ко мне привязались… Почему, зачем… Не знаю я, и знать не хочу ни почему, ни зачем!.. Объясняю на пальцах концепцию моих мыслеперемещений. В последний раз. Герцогиня и Гавар - в одной стороне. Значит всем нормальным людям - в строну противоположную. Меньше знаешь - дольше спишь, как говорит Шарлемань Семнадцатый.
- А, может… колдун… жениться захотел? - неуверенно предположил лесоруб.
- Но она замужем… - растерянно прошептала Изабелла, подавленная перспективой бедной тети Жаки породниться с самым легендарным магом королевства, именем которого пугали детей уже несколько поколений шантоньцев.
- Ну, значит, она сообщит ему об этом, и он поищет себе кого-нибудь другого, - жизнерадостно ухватился студент за открывшийся факт. - А мы сейчас дружно соберемся и пойдем искать дорогу домой. Кто со мной?
- Я иду в замок, - серьезно изрек де Шене.
- Я тоже! - горячо подхватила Изабелла.
- И я! - двинулся вперед Лесли с таким видом, будто ее высочество изъявила желание идти не в лапы колдуну, а под венец с соперником.
- И я в замок пойду, - хмуро процедила Грета, старательно не глядя на односельчанина.
- Что?.. Да вы… Вы… вы… вы все… - начал было его премудрие, но умолк, не находя нужных слов.
Как объяснить, что вода мокрая, камень твердый, а огонь - горячий?
Как объяснить людям в здравом уме, что идти к Гавару, к самому Гавару, которого боятся не только шантоньские дети, но и шантоньская профессура - идиотизм в последней степени, после которой уже не будет ничего по причине преждевременной кончины носителя сего страшного заболевания? Как рассказать, что ни один маг, по пьяной лавочке или по зову сердца[49] отважившийся войти в дебри Веселого леса, не вернулся? Как сообщить, что Веселый лес и Гавар - не сказки и не игрушки вздорным принцессам, ревнивым крестьянкам и тупым рыцарям - настоящим и самозванным?
Высшие силы, ну почему я всегда должен быть единственным нормальным человеком в любой компании, и всегда в меньшинстве?!..
Ну что тут такого головоломного и непостижимого - отправиться домой и спокойно подождать развития событий в безопасности привычного мира?!
А с другой стороны, кто их держит?
Пусть идут.
Если им так хочется.
Куда угодно.
Хоть к Гавару, хоть в замок, хоть к лешему в гости, да хоть к самому царю Костею!
А я сейчас развернусь, и… и… и…
И?..
Агафон окинул тоскливым взглядом обступившие его кусты с шипами монстров, за которыми, наверняка, скрывались монстры с шипами, и зубами, разумеется, тоже, груды валежника высотой с забор, почти материальный мрак - не иначе как с человекоядными наклонностями, притаившийся в засаде за чахлым и дрожащим, как его коленки, кругом волшебного света…
И сдулся.
И сдался.
- Наивные, - хмуро и решительно сообщил он, хотя трясущаяся как осиновый лист душа его рвалась и стремилась прочь. - Без руководства дипломированного чародея вам не пройти тут и десяти метров. Слушайтесь меня - и всё будет хорошо.[50]
- И… что нам теперь делать? - пискнула бледная, как луна, Грета.
Агафон задумался на несколько мгновений, снова пришел к выводу, что других вариантов нет, и обреченно выдохнул:
- Спускаться обратно в яму.
- Но…
- Зачем?..
- Но там же жил…
- А если их там еще…
- Обеспечение безопасности продвижения возложим на шевалье как на самого опытного борца с подземными монстрами, - с видом полководца во главе стотысячной армии сурово ткнул пальцем в грудь дворянину студент. - А Лес у нас будет позади…
Он прикусил язык, смешался, закашлялся под горящим взором крестника, но быстро нашелся и бодро продолжил:
- Лес у нас будет позади, неизвестно кто там и что, а самое главное, когда. Поэтому приглядывать за тылом будет царевич. Женщины как самые бестолковые… в смысле, от них там толку никакого не будет, - спешно поправился школяр под вспыхнувшими возмущением взглядами девиц, - держатся в середине. А в самом центре нахожусь я - как ценнейший член экспедиции. Всё понятно?
- Нет, не всё! - выпятила нижнюю губу и опасно прищурила глаза Изабелла. - Мне не понятно, на каком основании какой-то… Афанасиус…
- Агафоникус, - шелковым голоском поправил маг.
- Не имеет значения! - гордо фыркнула ее высочество. - Так вот, мне даже не интересно - мне любопытно, на каком основании он принялся указывать, что должна делать и где стоять я?
- На том… На том, ваше высочество… что через завалы и кусты мы не пройдем, а яма эта - не просто пещера или логово, а подземный ход, и вести он должен к замку, потому что больше ему вести некуда! - подался вперед маг.
- Перед тем, как распоряжаться, ты должен был доложить свои соображения мне, а уж я бы приняла решение… - встретила его нос к носу принцесса, и глаза ее свернули упрямым огнем.
- И какое же решение ты бы приняла?
- Да хоть какое, кроме твоего! И обращайся ко мне на 'вы'!
- Это почему?!
- Что - почему?!
- И то, и другое - почему!
- А и то, и другое потому…
- Извините, что осмеливаюсь прервать вашу ученую дискуссию, - на молниеносно разгорающийся костер ссоры пролился вдруг поток холодной воды учтивой речи, - но предложение волшебника разумно, ваше высочество. А дельная мысль голову не выбирает. В лесу королей нет, как любил говаривать мой отец.
Изабелла, пунцовая от ярости, хватанула ртом воздух, собирая запал для мегатонного взрыва, но вдруг осеклась, словно налетела на невидимую стену.
- Я… я… - прерывисто дыша, но уже не давая воли той буре эмоций, что захлестывали ее еще секунду назад, проговорила принцесса и вдруг резко повернулась к примолкшему справа Лесли.
- Ты тоже думаешь, что это хороший план?
- Я… Да. Нет. То есть, я хотел сказать, что если бы при мне был мой любимый топор…
- Боевой топор и топор лесоруба - не одно и тоже, ваше высочество, - учтиво склонил голову де Шене. - Боюсь, в этом лесу пользы от него всё равно не было бы никакой.
- Да я как раз про такой топор и… и…
Дойдя до различий в топорах, дровосек вспомнил, с кем говорит и про что, и окончательно растерял те немногие слова, что удалось собрать под свои знамена.
Изабелла дернула губой, отвернулась и произнесла, обращаясь к Агафону:
- Я одобряю твой план действий, маг. Ну, разумеется, с поправкой на то, что самый ценный член экспедиции это не ты.
И она вскинула на студиозуса брызнувший ледяными искрами взгляд: попробуй, возрази.
Его премудрие вздохнул, философски пожал плечами и согласно кивнул.
- Хорошо. А теперь, когда наиважнейший момент был так удачно выяснен, нам уже можно идти выручать герцогиню? Ваше высочество?
Путешествие по заброшенному подземному ходу четверки отважных и одного к ним примкнувшего продолжалось третий час.
Острый страх встречи с родственниками, конкурентами или соседями убиенного монстра постепенно сменился приглушенной настороженностью перед неизвестностью. Та, в свою очередь - тупым раздражением длинным тоннелем, в котором не происходило ничего интереснее эвакуации мокриц и пауков при приближении их компании. А закончилось всё на четвертом часу пути резким приступом клаустрофобии, осложненном желанием получить хлеба и зрелищ.
И первого - гораздо больше, чем второго.
- Подумать только… - печально пробормотала принцесса, нарушая молчание, длившееся едва ли не с момента их спуска в подземелье. - На обручальном пиру подавали столько всего аппетитного - пальчики проглотишь, как говорит Шарлемань Семнадцатый… а я съела всего три пирожных. Ну можно быть такой недальновидной дурой, а?..
Унылая песнь страдающего пустотой желудка прозвучала подтверждением ее словам.