В легком замешательстве Керл огляделся вокруг себя и чертыхнулся. Как он мог позабыть про махолеты! Шесть летающих машин стояли на плацу рядом с энергетическими модулями. Керл неторопливо направился к ним, и в этот миг его бегство было обнаружено.
Пронзительно завыли сирены, вечерний полумрак прошили лучи установленных по периметру лагеря прожекторов. Из жилых модулей посыпались рейнджеры, напяливая на ходу шлемы и бронедоспехи. Они орали и суетились, командиры отдавали на ходу путаные приказы. В воздухе витало напряжение, словно перед взрывом. Достаточно было поднести спичку, что Керл и сделал.
Он размахнулся и швырнул сразу две гранаты. Черные шарики взвились в воздух, чтобы через мгновение превратиться в огненные цветы. Одна из гранат угодила в стену модуля, где размещались офицеры, другая разметала скопившихся на плацу рейнджеров. Как и следовало ожидать, началось всеобщее веселье, в котором Керл был главным заводилой.
Паника соткала в воздухе зеленую мелтановую паутину. Рейнджеры палили во все стороны, Керл старательно отстреливал прожектора. Шальной импульс попал в один из энергетических контейнеров, и тот превратился в огромное огненное кольцо, испепелившее все в радиусе двухсот футов. Напрасно голос генерала Сатга, доносившийся из радиорателя, призывал рейнджеров успокоиться. Сообщение, что на территории лагеря находится сбежавший из плена гладиатор Керл Вельхоум, вызвало еще большую панику. Рейнджеры хорошо знали это имя.
Предоставив посьеррянам истреблять друг друга, Керл устроился в тени одного из махолетов и стал дожидаться, пока не появится какой–нибудь пилот. Как и всякий другой гладиатор, Керл умел управлять этими летающими машинами, но он не знал оборонительной системы лагеря, а кроме того, ему требовались более подробные сведения о куполе.
Ожидание затягивалось, и Керл избавился еще от пары гранат, дав веселью новый толчок. Рейнджеры почему–то решили, что он прячется в одном из модулей, и буквально растворили ни в чем не повинное строение в море мелтановых импульсов. Керл ждал.
Наконец у взлетной площадки появился человек, на шлеме которого был изображен значок с двумя перекрещенными лопастями. Керл, не мешкая, схватил его за шиворот и впихнул в один из махолетов.
— Пилот?
— П–пилот, — лязгая зубами, подтвердил пойманный. Ему явно недоставало той храбрости, которая, по словам генерала Сатга, должна была переполнять каждого рейнджера.
Керл ласково улыбнулся посьеррянину.
— Тогда летим.
— Куда?
— Высадишь меня прямо на купол.
— Нельзя. Там полно тиммеров. Нас собьют. — Пилот немного успокоился, в его голосе появились нотки уверенности.
— Ну, тогда высадишь меня около купола.
— А ты меня не убьешь?
— А зачем? — вопросом на вопрос ответил Керл и добавил:
— Ведь ты не будешь делать глупости?
— Нет.
— Полетели!
— Но…
Керл решил прекратить дискуссию, в бок пилота уперся ствол чоппера. Под влиянием этого аргумента пилот поспешно поднял махолет вверх и вывел его за пределы лагеря… Хаос мечущихся прожекторов, мелтановых импульсов и пламени остался позади. Керл позволил себе расслабиться.
Воздушное путешествие было недолгим. Вскоре машина приземлилась на небольшую лужайку. До купола, смутно поблескивавшего во тьме, оставалось не менее мили.
— Эй, приятель, я же велел тебе высадить меня около купола!
— Это невозможно, — ответил пилот. — Купол окружен минным полем. Видишь вон ту штуковину? —Посьеррянин указал на бетонный куб, смутно виднеющийся неподалеку. — Это знак, что дальше идти опасно. Все это поле напичкано ритм–минами. Знаешь, что это такое?
Керл кивнул. Ему приходилось сталкиваться с подобными взрывными устройствами, реагирующими на частоту колебаний человеческого сердца. Гладиаторы со свойственным им черным юмором именовали эти мины «сердечными друзьями». Человек не мог ни безнаказанно миновать, ни обезвредить подобное устройство, для этого требовался специальный робот.
Тоненько затрещал зуммер радиофона. Керл глазами приказал пилоту включить режим переговоров.