Стоять и просто смотреть из-за портьеры за происходящим Лис больше не могла. Не отдавая себе отчёта в том, что творит, как планирует спасать пленника и чем после этого будет расплачиваться, она выскочила на сцену. Перепуганная девушка в пижаме оказалась лицом к лицу с бледнолицым Демоном. Изумрудные глаза встретились с алыми углями, и единственным желанием Лис стало трусливое бегство. Из шатра, из Цирка, из осточертевшего города. Даже в объятия Их, лишь бы подальше от всего этого.
– Стой на месте! – приказал Демон, и тело послушно одеревенело.
В шатре на одного обездвиженного человека стало больше. Две пары беспомощных глаз смотрели, как к лицу мужчины приближается маска.
– НЕТ! Нет! – делал последние попытки вырваться пленник.
Демон прижал маску к лицу мужчины. То, как задергался бедолага и закричал, причиняло боль самой Лис. Крики, казалось, заставляют шатер дрожать. Отвести взгляд от пленника, она не могла, как не могла зажмуриться. Всё, что ей оставалось, в ужасе смотреть за происходящим, с самого лучшего места.
Силач отпустил пленника и отошёл на несколько шагов назад. Тот бился в агонии, извивался на полу, словно червь, через которого проходят разряды тока. Царапая руками маску, он безуспешно силился стащить её со своего лица. Однако маска с отвратительным звуком лопающихся костей, начала шевелиться, словно живой организм. По краям к центру она начала озаряться лиловым сиянием Морозника. Дойдя до центра маски, свет двинулся обратно к краям, пересек их и начал разрастаться, поглощая в своём сиянии тело, бьющегося в конвульсиях пленника.
Померкнувший свет явил глазам Лис воплощение Джозефа Меррика, или то, каким она видела его на иллюстрациях. Легендарный Человек-слон. С одним лишь отличием – правая рука чудика была расщеплена надвое, словно клешня от перепонок пальцев и до локтя. С каждой стороны было по три пальца. Два средних. Новорождённый чудик лежал на полу в полубессознательном состоянии.
– Добро пожаловать в семью! – объявил негромко Человек в Маске, успевший сбросить личину бледнолицего Демона. – Имя мы подберём тебе позже.
Чудик растерянно посмотрел на Директора. При помощи Силача он поднялся на ноги. Испуганно озирающийся на стены шатра, которые должны были заменить ему дом до конца жизни, он совсем не обращал внимания на свою внешность. Для самого чудика, эти увечья были чем-то само собой разумеющимся.
Жестом дирижера Человек дал знак Силачу, и тот увёл чудика из шатра. Циркач больше не проявлял былой грубости. Напротив, когда Человек-Слон спотыкался, «старший брат» поддерживал его и помогал передвигать непослушными ногами. Как только в шатре остались лишь они вдвоём, Директор направился к Алисе. Сердце забилось в грудной клетке, словно запертая колибри.
«Больше не хочешь стать чудиком? – самодовольно отметил он, однако помрачнев, отметил: – Рано тебе, девочка, это видеть! Ты не была готова!»
– Не нужно было приходить сюда, Алиса, – с ноткой печали в голосе сказал он.
С его словами тело обрело способность двигаться, и она тут же свалилась ничком на пол сцены. Он сделал шаг, чтобы помочь ей встать, но Лис отпрянула в сторону с ужасом в глазах. Выставив руки в защите, она отползала вглубь сцены. Когда рука коснулась портьеры, она ухватилась за неё и вскочила на ноги.
– Бежать бесполезно! – с предупреждением сказал Директор, не делая попыток приблизиться.
«Вот что я должна для тебя делать! Я поставщик жертв в усладу бледнолицему Демону!» – кричали её мысли, а глаза излучали отвращение, ужас и гнев. Какая бы теплота не зародилась за последние два дня между ней и Человеком, она была безнадежно потеряна.
– Ты Чудовище! – прошептала она одними губами.
– Чудовище, значит? – решительно начал надвигаться на неё Человек. Девушка в панике замерла на месте. – Ещё утром ты не желала отпускать мою руку, а теперь мир изменился, милая Алиса? Не страшно было спать на коленях Чудовища?
Их разделяло меньше метра, когда Лис опомнилась и отчаянно попыталась сбежать. Рывок в сторону от Человека был моментально перехвачен. Отточенным движением, он одной рукой зафиксировал тонкие руки за спиной, держа чуть выше запястья. Другая рука поперек туловища прижала её к Директору, пресекая все дальнейшие попытки сопротивления. Паук вцепился в мотылька.