Мои пальцы переплетены с его. Руки вновь заведены над головой. На мгновение поднимает голову, разрывая поцелуй. В немой просьбе смотрю в баритовые глаза, которые будто пытаются рассмотреть что-то важное в моих. Тело всё еще дрожит, но я уже готова умолять…
Одно уверенное движение. Сумасшедшая наполненность. Невольно вскрикиваю. Он замирает, дает привыкнуть. Я улыбаюсь от идеи очередной каверзы. Оплетаю его ногами, перекатываюсь, увлекая его за собой. Маленькая победа. Довольно улыбаюсь, глядя на него сверху-вниз. Восторженный смех тонет в поцелуе.
Его руки тут же перехватывают инициативу, опустившись на мои бёдра. Он ведёт. Полностью подчиняюсь ему. Его слаженному глубокому ритму. Его рукам. Его воле. Я снова проиграла. Это поражение не менее упоительно, чем предыдущее. Мысли, что он управляет мной как своей самой любимой марионеткой, добавляют огня. Выгибаюсь в спине от особенно глубоких вхождений. Он мой кукловод. А я его…
— А ты так долго противилась…
— Только попробуй это сказать! — шепчу я с улыбкой, обещающей кровавую расправу.
Мои руки, наконец получают возможность исследовать его тело. Упираясь ладонями в его грудь, восторженно ловлю моменты, чтобы провести подушечками пальцев по рваным краям шрамов.
Затылок снова касается подушки, а я прижата к постели. Пальцы скользят по его плечам и шее. Мягкие подушечки пальцев сменяются ногтями, когда он ускоряется. Быстрее. Сильнее. Глубже. Его взгляд впитывает каждый мой стон, каждую эмоцию, каждую реакцию. Словно проверяя, сколько я ещё смогу выдержать, задает новый темп. Бешеный темп, сметающий за собой все остатки оставшихся каверз, споров, бунтарства — всего. Сердце колотится будто в унисон с его движением. Безжалостно оставляю на его шее свой росчерк. Стоны заглушаются его поцелуями.
В голове проносится хрустальный взрыв, а сквозь тело прокатывается волна цунами.
Под кожей плещутся огненные волны с ледяными айсбергами.
Растекаюсь, словно расплавленный воск. Тело подрагивает, будто через меня пустили электрический ток.
— Уже сдаёшься? — провокационно шепчут мне чертовски желанные губы.
Мгновенно оказываюсь перевёрнутой на живот. Секундная догадка о продолжении истомой расходится по венам. Резкое вхождение в тело. Темп сразу задан сумасшедший. Никакого терпения. Никакой чуткости. Животная страсть. Захват и порабощение. Кошкой выгибаюсь навстречу. С упоением отдаюсь. Ранее не тронутые им спина и плечи обрекаются на пытку лаской. От движений по моей нежной спине его губ, языка и пальцев, невольно вырывается жалкий скулёж. Слишком контрастные ощущения. Плавящая нежность и разрывающая страсть. Одновременно.
Я знаю, чего он хочет. Чего он больше всего ждет, когда покоряет. Злорадно шепчу ему:
— Не дождешься!
— Ах вот как! — обдает он меня жарким дыханием, прикусывая мочку уха.
Скручивает мои влажные волосы в жгут. Рывком вверх меняет угол проникновения. Вбивается до предела. Грубо. Безжалостно. Сжимаю простынь в кулаки до побелевших костяшек. Вскрикиваю с каждым его движением. Блуждающие по моему телу умелые пальцы распаляют меня, доводя до помешательства, но мастерски держат на той тонкой грани, о преодолении которой я готова со слезами умолять.
Я и сама не верила в свою победу.
— Прошу… пожалуйста! — всхлипываю я, полностью покоряясь.
Получаю поощрительный поцелуй-укус в шею. Он ускоряется. Напряжение достигает своего пика. Вселенная превращается в огромный хрустальный шар и разрывается на части с оглушающим звоном. Моё собственное тело разлетается на осколки, резонирующие в этой симфонии. Мрак всепоглощающей Пустоты захватывает всё моё мироздание, возвращая меня назад счастливой и опустошённой.
В шатре гаснет эхо от сдвоенного вскрика, отдаваясь гулом в моей голове. Нахожу себя лежащей на кровати. В объятиях горячего, но недостаточно познанного мною Человека. Обида за ограничения в прикосновениях обещает вернуться утром. От бешено колотящегося сердца чуть подрагиваю. Кажется, могу видеть звезды сквозь купол шатра. Сознание рывками пытается сбежать в небытие. В борьбе в Морфеем теснее прижимаюсь к Человеку. Чугунная голова ложится на его грудь, к биению моего метронома безмятежности. Закрывая глаза, блаженно улыбаюсь от движений его пальцев на моих плечах. В его руках я ничего не боюсь.
С шелестом накрывающего меня одеяла я падаю в глубокий сон, слушая его шепот:
— Спи, моя маленькая бестия.
***
— С таким ветром жаль, что мы не взяли воздушного змея! — привлекает моё внимание крик Зоуи.