Тонкое запястье внезапно оказалось стиснуто крепкой рукой незнакомца.
Липкая ледяная паника, «подаренная» ночными кошмарами моментально парализовала тело. Кто бы ни был этот агрессор, он точно угадал, как задавить в зародыше любую попытку побега. Расширившиеся от ужаса изумрудные глаза начали наполняться слезами бессилия, а дыхание проходило в легкие редкими порциями, что мешало нормально думать. Сознание стремительно начало мутнеть.
— Милая моя, ты кажется заблудилась! — знакомый по калейдоскопу кошмаров о девочках Лиззи голос, заставил сердце от ужаса пропустить несколько ударов.
Сквозь туман беспомощности Лис смутно узнала лицо незнакомца. Посетитель Чайной Лавки, приходящий по выходным. Неизменно по утрам. Его взгляд ей даже тогда не слишком нравился, но в бытность младшей помощницы Чайной Ведьмы в клиенте тот самый маньяк совсем не узнавался. А сейчас сомнений не оставалось. Усилием воли девушка пыталась заставить себя действовать. Вырвать руку, закричать, толкнуть незнакомца и бежать так быстро, как только можно. Но попытки оставались тщетными. Тело не слушалось, парализованное панической атакой. Лишь краем глаза удалось оценить состояние незнакомца. Частичное пробуждение. Бегающий взгляд. Мгновения бессмыслия, проступающие на лице. Не совсем понимает кто он, что собирается делать и где находится, однако старые замашки сразу дали о себе знать.
— Милая девочка, — стиснув железной хваткой запястье Лис, он второй рукой он до отвращения медленно приблизил к своему носу прядь её волос и шумно принюхался, — я знаю, ты точно хочешь где-то переночевать! Идём ко мне, Папочка тебя не обидит!
«Ты позволишь ему запереть тебя в подвал, как остальных?! Борись же! Сделай хоть что-то! НЕ МОЛЧИ!» — кричала себе девушка в отчаянии, заставляя непослушные губы дрогнуть сквозь парализующий ужас.
— Идёмте сначала в Цирк! — едва слышно пролепетала она.
— Цирк? Милая девочка любит Цирк?
— Очень, там весело! Папочка сводит меня в Цирк? — надеясь сыграть на осколках памяти маньяка, выдавила из себя она тонким голосом. — А потом уложит меня спать с новой сказкой!
— С новой сказкой! — полубезумно повторил он за ней нараспев. — Папочка знает много сказок! Ты будешь хорошей девочкой, Лиззи?
— Я буду хорошей девочкой! — выдохнула Лис, едва не впадая в истерику.
Ужас, терзающий её месяцами. Худший из худших. Тот, от кого она спасалась, внушая себе, что кошмары — это лишь выдумки подсознания, и такого никогда не было и нет. Он пришёл забрать её. Назвать Лиззи. Привязать в своём подвале. Замучить, как поступал со всеми остальными девочками, хоть она значительно старше. Но в Городе Кошмаров детей нет, выбирать не из кого.
Они шли длинными освещёнными улицами. Он что-то говорил. Рассказывал сказки. Сбивался с темы и начинал сначала. Рассказывал о других девочках, называл их непослушными и обещал, что в этот раз всё будет иначе. Но запястье не отпускал, зажимая будто в тисках, отчего пальцы онемели. Лис в душе молилась всем возможным силам, чтобы остаться в своём уме, довести свою ношу до Цирка и лично предоставить Человеку в Маске идеального кандидата на будущего чудика. Без него городу, несомненно, будет лучше.
Удача не отвернулась от Алисы окончательно. Хоть её образ стал представляться с чёрными демоническими крыльями. Они плавно вошли во всеобщий людской поток, мгновенно заглушивший даже панику в мыслях девушки. С намечающимися дорожками слёз на щеках, она двигалась вместе с толпой. Лишний камень с души сбило осознание, что при всём желании избежать попадания в Цирк они уже не смогут. Шествие набрало такую скорость, что проще было бы остановить скоростной поезд собственным плечом.
В толпе мелькнуло знакомое лицо с глазами, поблескивающими безумной кукольной пустотой. Жоззи. Глаза чудика встретились с расширившимися от паники изумрудами. Едва повернув голову к своему спутнику, Лис красноречиво указала на него глазами, беззвучно прошептав губами «помоги». Скользнув быстрым оценивающим взглядом по лицу девушки, стиснутому запястью и лицу нового гостя, Жоззи коротко кивнула и мгновение позже исчезла в толпе. Надежда с такими же вороными крыльями начала воспарять в небо. Собрав волю в кулак, она шаг за шагом приближалась к территории шатров. Паника на время спрятала свое непривлекательное лицо вглубь, но пообещала вернуться декалитрами слёз, когда всё закончится. Граница между городом и Цирком миновала. Толпа перетекла на территорию шатров плотной змеёй и разрядилась ровно настолько, чтобы гости, поглядывающие с интересом по сторонам, не замечали, что творится прямо у них под носом.