Уснуть так и не удалось. Перекатываясь с одного бока на другой, Алиса лишь возвращалась мыслями обратно в шатры, отказываясь от реальности, в которой они стали недостижимыми.
— Время пришло! — позвала девушку ведьма.
Солнце начало склоняться к горизонту. Небо расцвело радугой оттенков, поражая, как облака могут быть такими нежно-розовыми. Город в фильтре из приятной вечерней расцветки, радовал глаз, превращаясь в сказочный. Никаких ужасов и никаких тревог.
Лис шустро выбралась из подвала дома, придерживая в руке запечатанную медную чашу. Заматывать чашу, отлитую до изобретения пенициллина, казалось кощунством, но только так можно было гарантировать, что подношение городу не прольётся.
Она кралась, как мышь вдоль всех самых высоких кустов, стараясь держаться парка, и не являть себя на открытых пространствах. К вечеру военных в Центре снова прибавилось. К счастью, истерические лунатики из Горожан создавали хорошую шумную массу, привлекающую всеобщее внимание.
По подсказкам Клаудии, найти пещеру не составило труда. Небольшая полость, уходящая непроглядным мраком куда-то вглубь. Ни лабиринтов, ни монстров-охранников, ни ловушек — простая пещерка. В центре озеро без видимого дна. У озера древний каменный жертвенник, выглядящий так, словно сама природа вытёсывала его таким ровным без вмешательства человека. По краям жертвенника крепились большие в два человеческих кулака камни, источающие янтарный свет, отгоняющий мрак от центральной части пещеры. Из основания жертвенника копьём вверх тянулся стержень, заостряющийся на конце.
Приблизившись к доисторической игле, Лис заметила, что у острия имеются своеобразные насечки, ровно семь штук. Если бы помимо крестовой отвёртки существовала семиконечная отвёртка с заострённым кончиком, это была она.
Однако не успела Лис пропитаться атмосферой места, как услышала позади громкие тяжелые шаги военных сапог.
— Все женщины грешны! — бормоча словно безумный, на девушку наступал тот самый военный храмовник, что косо смотрел на неё издали. — Особенно хорошенькие! Сжигай ведьм, сжигай всех! Пусть сгорит лишняя, но ведьме не жить!
«Дьявол!» — мысли окутало ледяное безэмоциональное мышление, ясно просматривающее пещеру на наличие орудия самозащиты. Кроме воды, в которой храмовника можно было бы утопить, ничего не находилось.
Безумец наступал. Бледное лицо, водянисто серого цвета глаза, кажущиеся бесцветными из-за радужки, переходящей сразу в белки глаз. Острый крючковатый нос, острые скулы. Синеватая паутина проступающий сквозь тонкую кожу капилляров. Тонкие дергающиеся губы все время бормотали фанатичный бред.
Глаза выхватили в глубине пещеры груду камней. Можно защититься. Осторожно поставив на жертвенник чашу, она рывком побежала к камням, но моментально оказалась сбита с ног. Фанатик хоть и не обладал первоклассной армейской выправкой, дать бой субтильной девушке мог без труда. Однако при попытке схватить её за горло, его руку встретили острые зубы и не менее острые кулачки, болезненно ударившие по ушам. Секундное замешательство. Лис снова помчалась к камням. Удар по ноге свалил её на пол. Лягаться она тоже умела и не постеснялась воспользоваться навыком. Удар-другой, снова попытка бежать. Снова рывок, удар, падение. Возня на полу пещеры. Жилистые пальцы сомкнулись на тонкой шее.
От боли и нехватки кислорода в глазах начало темнеть. Кулаки били по противнику в полную силу. Бесполезно. Отчаянный поиск по полу пещеры. Удача. Камень. Удар по голове безумца со всей возможной силой. Приток кислорода придал сил. Для надежности Лис ударила еще несколько раз по голове храмовника. Хрипя проверила его неподвижное тело. Всё ещё дышит. Но, вроде бы не опасен. От виска до брови серьёзное рассечение острым краем камня. Может даже будет жить.
Время начало стремительно убегать, когда Алиса неровной походной вернулась к жертвеннику, на котором не оказалось чаши. Волна страха затопила сознание, заставив упасть на колени и начать хаотично водить руками по темному полу. Наконец руки нащупали чашу. Пустая. Всё вылилось, когда военный храмовник ударом смёл ведьмин артефакт. В пещере началось движение. Что-то вроде едва ощутимой вибрации. Туман вот-вот должен был пробудиться и окутать Город, разделив день и ночь. Но вместо подношения в руках Лис была лишь пустая медная чаша и полная растерянность с невнятным грядущим.
«Я тоже ведьма!» — мелькнула бунтарская мысль в голове.
У основания жертвенника удобная игла. Робея, она положила на иглу свою ладонь, но нажатия оказалось недостаточно, чтобы медный кончик проколол тонкую кожу до крови. В пещере начали проступать неплотные клочки тумана, подгоняя Алису.