Прошёл месяц. В октябре зелёных деревьев не осталось совсем, но дни баловали приятной теплотой, лишь по вечерам вынуждая жителей надевать теплую верхнюю одежду. По случаю завершения кризисного периода полным успехом было решено повторить опыт в ролевой игре. На второй раз Дженни, Триша и Сара с удовольствием натягивали плотные шерстяные платья с длинными рукавами. Для дополнения образа использовали самодельные украшения, искусственно состаренные пояса с кошельками и кельтской вышивкой. Кто-то добыл силиконовые острые ушки эльфа и гордо подыскивал в Сильмариллионе¹ себе достойное имя.
— Женщина! Это было максимально подло! — недовольно подвёл итог по завершению игры киноинженер Кенни, яростно глядя на хихикающую с другими девушками Дженни. — Я такого в жизни не видел!
После игры вся компания отправилась в бар, где с группой выступал Энди, чтобы поддержать друга и с хохотом подвести итоги необычной игры. У ролевых игр был невелик шанс на обычный финал. Законом Лейксайд стал факт, что всегда найдётся хоть один игрок, который перевернёт всё вверх дном. В прошлый раз этим игроком стала Дженни, ко второй своей игре она приплела к «подрывной деятельности» всех девушек.
— А что не так? Всё по правилам! — парировала она, покатываясь от смеха вместе с окружившим ее цветником девичника. — Задание было либо разбогатеть, получив более трех четвертей всех денег игры, либо выполнить все основные задания и победить дракона. Дракона никто не победил! А деньги я заработала честным трудом!
— ВЫ ОТКРЫЛИ БОРДЕЛЬ! — завопил в гневе Кенни, привлекая к беседе внимание всех присутствующих. — Как это можно назвать честным трудом?!
— Организатор игры сказал, что всё честно и законно! Тебе тоже никто не мешал начать малый бизнес! — хохотала девушка.
— Привет всем! — прибежал после выступления Энди. — Много я сегодня пропустил из-за репетиции? Сразу обещаю, что в следующий раз присоединюсь к вам! Сестричка всех порвала?
— Твоя сестрица — чистое воплощение зла! — объявил Кенни.
Несмотря на повышенную эмоциональность, проявляющуюся у парня в любом разговоре, он не был зол на Дженни. И это все знали. Однако наблюдать за разгневанным клириком, которого он отыгрывал в ролевой игре, было уморительно. Синие глаза в ярости почти чернели, а длинные русые волосы, обычно завязанные лентой в низкий хвост, порхали в разные стороны от экспрессивных движений парня, делая его похожим на льва.
—Это верно, — флегматично кивнул сестре парень, — за какие грехи на этот раз?
— Она собрала всех девушек, и они открыли бордель в нашем волшебном государстве! Затем монополизировали рынок, стрясли все деньги у героев, купили бардов и заграбастали своим развратом вообще все общие деньги!
— Развратом? — поразился Энди, поглядывая на сестру уже с тревогой. — Это же игра, что вы там делали?
— Ничего страшного, братишка, — успокоила его Дженни, — танцевали в основном, рассказывали всякие пошлые истории, в качестве альтернативы основной деятельности борделя, забирали деньги и отправляли путников на подвиги! Мы сюжет раскачивали, как могли!
— Ну да, нищие путники были вынуждены идти на подвиги, чтобы вернуться в вашу колыбель порока! — возмутился Кенни, жестом прощаясь с разбегающимися в разные стороны девушками. За столом осталась только их маленькая компания.
— Смотрите, кто так и не вышел из роли клирика! — засмеялась Триша.
— Это он из-за церкви злится! — пояснила Дженни.
— А что с церковью? — заинтересованно переводил взгляд с одного лица на другое Энди.
— Когда эти нечестивые дамы получили почти половину всех средств, мы не могли оставить это без внимания! — на эмоциях Кенни выскочил из-за стола и, яро жестикулируя, рисовал картину событий перед зрителями, которыми стали все посетители бара, а также бармен и официантки. — Мы, клирики, построили Церковь Истинного Бога, и всячески пытались разоблачить безнравственную работу этих женщин, чтобы общество вернулось к добродетели! Но тут…