—Ладно, дамы и господа, что планируете делать на следующих выходных? — хлопнул он в ладоши, тем самым демонстрируя в своём собственном спектакле переход к следующему «акту». — Викторин пока не планируется. Следующая игра будет в канун дня Всех Святых.
— Звучит так, словно у тебя есть предложение! — хмыкнула Сара, вернувшаяся после разговора с солистом группы.
— Именно, девочки и мальчики! Вы готовы познать истинное обнажение человеческих пороков и погрузиться в темноту своих собственных душ? — низким голосом спросил он, играя всеми мышцами лица, чтобы усилить нагнетание.
— Звучит интересно! — улыбнулась Дженни.
— Не сомневаюсь, Госпожа Дьяволица, что тебе там понравится! — подмигнул ей парень, и обратился к остальной группе. — В Центральном районе находится большой таинственный Цирк Уродов не менее таинственного Человека в Маске!
— А вот теперь звучит не очень! — покачала головой Дженни. — Я не фанат подобного зрелища!
— Неженка! — фыркнул он в ответ. — Что скажут остальные?
— Соглашусь с сестрёнкой. Это удовольствие для жёстких гурманов, а я не из таких! — поддержал Дженни брат.
С ним согласилась Триша. А без неё отказалась идти Сара. Майкл и Патрик не пожелали посещать что-либо без девушек, и Кенни остался в одиночестве. Поставив себе цель переубедить ключевое звено за неделю, он уже мысленно вёл друзей на очередное выступление Цирка, которое совсем недавно пробрало его до глубины души.
По возвращении в коливинг Дженни потрепала кота Зефира по холке. Пока все разбредались по комнатам, она пополнила зерном соловьиную кормушку, установленную за окном.
Животных в Лейксайд очень любили и не обижали даже уличных. Напротив, всех обнаруженных кошек, собак и раненых птиц тут же несли в ветеринарные клиники или приют для животных, чтобы младшие братья поскорее нашли себе новую семью. Трепетное отношение к каждой живой твари будто передалось и самим животным, которые никогда не конфликтовали друг с другом. Собаки никогда не дрались, никогда не гонялись за кошками, а кошки никогда не нападали на птиц. Напротив, все животные относились друг к другу с нейтралитетом, граничащим с равнодушием. Кошки не объединялись, собаки не играли вместе, птицы не создавали семей. Их интересовали только люди, их хозяева, к которым питомцы тянулись со всей своей животной нежностью.
Кот Зефир поджидал брата и сестру у самого дома, когда в дождливый день они возвращались после работы. Милый вислоухий белоснежный кот так и не увидел стен приюта, сразу став «сыном полка». Все пятеро жителей коливинга по очереди кормили, купали, вычесывали и играли с четвероногим другом. Он, в свою очередь, терпеливо их дожидался с работы, никогда не пакостил, не портил вещей и дарил им своё внимание в равных долях.
— Женщина! — канючил Кенни второй вечер подряд, радуя пушистого друга лакомством. — Прошу, будь человеком, без тебя никто не пойдёт в Цирк!
— И отлично! В чём радость наблюдать за искалеченными жизнью людьми? — воскликнула она, заваривая себе горячий шоколад.
Энди остался на ночное дежурство, и отвадить приставучего коллегу было некому.
— Да дело не в этом, я тебе клянусь! — заламывал он руки. — Ты меня знаешь, я люблю ненавидеть зло, и в более-менее чистом виде могу прочувствовать момент только в играх. Я бы никогда не стал частью зла, которое жестоко обращается с людьми!
Девушка со скепсисом смотрела на его перфоманс и не торопилась менять гнев на милость. Парень никогда не врал, даже в мелочах, но идти в Цирк Уродов совсем не хотелось.
— Это совсем другое, когда всё это видишь, реально чувствуешь себя. Своё истинное лицо! Это как оказаться в аду и увидеть физическое воплощение всех смертных грехов!
— Ещё лучше! Кому такое может понравиться?! — возмутилась Дженни. — Тебе пора остыть и перестать отыгрывать клириков. Есть в твоих словах доля помешательства!
— Ну, Женщина! Назови свою цену!
— Я не продаюсь!
— Я отважу Патрика, и он месяц не будет к тебе приставать! — деловым тоном предложил Кенни, мгновенно сбрасывая с себя маску экспрессивного актера.
Их общий коллега по имени Патрик почти месяц не давал Дженни прохода, тонко и не очень намекая на свой далеко не дружеский интерес к девушке. Самостоятельные попытки отшить парня заканчивались полным провалом. Проще было договориться со стеной. Донжуан искренне не понимал, почему его внимание может вызывать отторжение и лишь усиливал напор, решив, что «нет» означает «измени стратегию и продолжай!». Личное вмешательство разгневанного брата отгоняло незадачливого Ромео лишь на пару дней, чтобы восполнить силы и продолжить покорение крепости по имени Дженни. Как он искренне не понимал причин её отказа, так и она не могла понять его ослиной упёртости в попытках завоевания.