Пока Лис мысленно настраивала себя исключительно на лицезрение карты с составлением списка дальнейших дел, Человек незаметно оказался за её спиной. Девушка даже не вздрогнула, когда на её шее кольцом сомкнулись горячие пальцы, прижав её спиной к его груди. Не перекрывая доступ кислороду, не сжимая тонкую шею, он держал её крепко. Не вырваться. Но она не собиралась даже делать попыток.
— Мне тебя на цепь посадить, чтобы ты не сбегала бесследно в Город?
От его гневного шепота воздух в шатре начал искриться, а от черной волны ярости кружилась голова. По коже побежали мурашки, приподнимая волоски дыбом. Самое время животному ужасу, но Лис улыбалась, блаженно зажмурившись.
— Цепь мне больше нравится, чем твоё равнодушие! — едва слышно ответила она, открывая глаза и полностью расслабляясь. — Дьявол, я ведь поверила, что тебе всё равно!
Резкий разворот. Уткнувшись лбом в любимое плечо, Лис сцепила за спиной Человека свои руки, прижимаясь к нему со всей доступной силой. Улыбка стала ещё шире, когда руки Директора сжали её в объятиях, от которых начали прогибаться рёбра.
— Всякий раз, когда ты уходишь в свой ненаглядный Город, список твоих возможных палачей только увеличивается. И всякий раз ты оставляешь без ответа вопрос, вернёшься ли ты ко мне, маленькая глупая ведьма! — глухо прорычал он ей в ухо. — Какого чёрта ты так рискуешь?!
«Просто хочу, чтобы ты любил меня!» — отозвались её мысли.
«А я хочу, чтобы ты любила меня, моя бесноватая!» — его губы тронула легкая улыбка, но глаза продолжали метать молнии.
— Это глупое геройство, только чтобы впечатлить своей полезностью, должно исчезнуть! Не смей рисковать своей жизнью ради меня!
Впиваясь ногтями в черную ткань жилета, Лис одними эмоциями излучала кроткое упоение, мгновенно растворяющее в себе всё накопленное недовольство Директора. В противостоянии девичьим пальчикам железная хватка Человека дрогнула. Бестия незаметно научилась брать под контроль его гнев.
— И всё же я не понимаю, почему Город её едва видит. Даже под землёй вся территория его, — задумчиво проговорила Лис, чувствуя, что кризис миновал.
— С Чёрным Морозником и набором амулетов, созданных во времена, когда их магия ещё не угасла, думаю, она вполне способна прятаться даже от города, — заметил Человек и возвратил её к карте, продолжая удерживать в крепких объятиях. — Не стану скрывать: за последние два века я неоднократно искал победные стратегии в случае удара в лоб. Однако на тот момент существовало три непреодолимых преграды. Первая — я не могу посещать Город по своему желанию. Вторая — кроме Чайной Ведьмы существует ещё шесть, скрытых в городе. Третья — то, с чем я столкнусь на её территории, невозможно предвидеть в полной мере. Решающий удар придётся наносить вслепую.
Он ободряюще погладил девичьи плечи.
— Первых двух преград больше нет. Но нам обоим придется признать, третья — самая опасная.
Прижимаясь спиной к его груди, Лис недовольно смотрела на карту, словно по ней уже бегала Чайная Ведьма и гарантировала проблемы обоим.
Кенни появился на закате. Чудики расходились после ужина. Лис и Человек, пренебрегая шатром-столовой, совместили ужин с шахматами. За игрой проще приходила собранность, эмоции утихали, а перед глазами начинал выстраиваться связный план действий. Визит к Чайной Ведьме мало чем отличается от финала шахматной партии. Нужно лишь тщательно продумать стратегию. Чёрные по традиции несли серьёзные потери, но под влиянием Человека Лис шустро училась огрызаться и наносить ответный урон реваншем.
— Хозяин! — крик Мордогрыза у входа в шатёр никого не удивил. Но Алиса заметно напряглась. — К Госпоже гость пришёл!
«Кенни!» — выстрелили её мысли одновременно с улыбкой предвкушения, которая совсем не понравилась Человеку.
Шепнув «я мигом!», Алиса сорвалась с места и помчалась к границе между городом и Цирком, невольно выдавая мыслями, как они прятались от посторонних глаз, пока Директора не было в Цирке. Братских чувств между ними не наблюдалось.
С очень нехорошим интересом к новому другу девушки, Человек, облачившись в Маску и плащ, последовал за своей Королевой.
Глава 26. Шах и Мат. Трёхфигурный эндшпиль
Кенни светился, словно Полярная звезда, в ожидании бегущей к нему Лис. Девушка не соблюдала никаких тайных Цирковых этикетов и оставалась в его глазах собой. Особенно когда просто без колебаний срывалась с места и бежала навстречу своей цели. Дженни и в Лейксайд ему казалась яркой и цельной личностью, которую он уважал за крепкий, хоть и тёмный, стержень.