Я хотел найти выход из города. Я надеялся, что смогу Их одолеть, и мы втроём вернёмся домой. Я просто хотел хотя бы кусочек того, что было раньше, Лис. Я снова совершил страшную ошибку!
Теперь, когда я пишу это письмо, я надеюсь, что ты найдёшь способ получить хотя бы толику той прошлой счастливой жизни, что вы с Чарли не падёте, как мы с Зоуи. Надеюсь, однажды мы снова встретимся где-нибудь в лучшем мире, вспомним друг друга, и наша Безумная Четвёрка снова отправится на встречу приключениям.
А сейчас я могу больше не пытаться искать выход из города.
Я уже его нашёл.»
Глава 5. Чай перед сном
Я помню, как родные нас называли «Безумной Четвёркой». Помню наши безмятежные дни. Да, мы не творили ничего разумного, доброго или вечного, но, с другой стороны, мы никому никогда не вредили. Каждый день в этом Проклятом Городе я спрашиваю себя: что же такого страшного мы совершили, чтобы заслужить подобное наказание? Неужели наивность так жестоко теперь карается? Или нам просто не повезло? Не то время, не то место?
Сначала я чувствовала, как Они крадутся где-то незримо, подступая изнутри к моему разуму. Как испытывают нас на прочность, изучают, чтобы потом травить страхом, наслаждаясь его вкусом в наших рассудках. Я думала, что это самое страшное.
Позже я увидела мёртвое лицо лучшей подруги, лежащей на камнях Стамбула. Оно впечаталось в мою память, словно раскалённое клеймо. Казалось, часть моего сердца тогда вырвали из груди. Я была уверена, что большего горя уже не испытаю.
Уже в самом Городе, пять острых, как бритва, когтей Гуля распороли мой правый бок, лишь чудом не задев внутренние органы. Истекая кровью в своём укрытии, я думала только о том, как мне больно. Оставив мысли о прошлом, я желала лишь дожить до рассвета, чтобы вернуться в Лавку и продолжить бороться за свою жизнь. Я выжила. Я не сомневалась, что больнее мне уже не будет.
Я каждый раз ошибалась. Город и Они будто планомерно меня ломали, каждый на свой лад. Последней каплей должен был стать Алекс. Поднимаясь по лестнице отеля, я наивно верила, что моего присутствия будет достаточно, чтобы воспрепятствовать действию гравитации. Я думала, что найду нужные слова, и в этот раз всё закончится иначе… Удивительно, что сама не рванула следом вниз. В городе нашлись добрые люди, которые успели схватить меня и оттащить от края моё сопротивляющееся тело. Казалось, что я наблюдаю со стороны, находясь где-то в другом месте. Меня скрутили в тёплый кокон пледа и успокаивали, пока моё сознание, наконец, не объединилось с телом и не пришло в голову понимание, что я реву во всё горло, а в это время мне задают какие-то вопросы.
— Мисс, прошу Вас, назовите своё имя! — повторял пожилой офицер полиции, терпеливо растирая ледяные ладони девушки в ожидании её реакции.
В госпиталь был сделан срочный вызов. Медики всё не появлялись. Лежащему на земле парню уже ничем нельзя было помочь. Однако дрожащая девушка имела все шансы получить помощь и даже провести ночь дома, а не в больничной палате. От неё требовалось лишь вернуться к реальности и ответить на вопросы. Наконец, взгляд девушки остановился на лице собеседника и стал более-менее осмысленным.
— Хоуп, я из Чайной Лавки, — прошептала она, подрагивая. Офицер выдохнул с облегчением и ласково погладил девушку по голове.
— Мисс Хоуп, вы знали этого человека? — Как можно осторожнее спросил он, однако вопрос вызвал лишь ещё большую дрожь девушки. Плач перешёл в вой. Девушка, всхлипывая, уткнулась лбом в свои колени.
— Томас, библиотекарь, — глухо прозвучало сквозь слёзы. Заставить себя ответить что-либо, кроме сухих фактов, Лис не могла. Как можно было соврать и сказать «нет»? Но как можно было сказать «да», если она всё ещё инородный организм в теле города?!
Офицер продолжил что-то спрашивать, но девушка снова отключилась от реальности, уткнувшись в колени. Давить на неё офицер не желал, ожидая приезда медиков. Судя по характеру падения, имело место самоубийство. Да и ревущая белугой девушка в глазах офицера едва ли была похожа на убийцу. Особенно если сопоставить её субтильное телосложение с вдвое превосходящим по весу парнем.
Наконец, эхо донесло сирену приближающейся кареты скорой помощи. Офицер оживился, попытался привлечь внимание Лис ободряющими обещаниями, однако девушка словно окончательно ушла в себя. Когда бригада медиков бодро приступила к работе, офицеру ничего больше не оставалось, как ещё раз погладить девушку по голове и покинуть её. Неохотно Лис подняла голову и проводила его взглядом. Когда он исчез из поля зрения вместе с дежурными скорой помощи, девушка встала, положила плед на то место, где сидела, и пошла в сторону Чайной Лавки без надежды и чёткого плана действий.