Поход в Цирк она воспринимала, как явку в штаб врага. Лицо тщательно умыто. Лечебная мазь с косметическим эффектом скрыла следы недавней истерики, и отпечаток хронического недосыпа. Волосы Лис тщательно расчесала и оставила рассыпаться по плечам, заколов лишь пряди, закрывающие лицо.
«Если я иду в логово к врагу, то зачем прихорашиваюсь? — нахмурилась Лис, глядя на себя в зеркало. — Чтобы при встрече всем своим видом показать, что я совсем не опечаленная, не измождённая, и вообще ему не по зубам? И он в это поверит?!»
Идти днём добровольно в Цирк ощущалось странным, почти сверхъестественным явлением. Сердце грохотало, а перед глазами раз за разом всплывала сцена «внезапного рукопожатия» с Человеком в Маске, которое произошло, казалось, давным-давно. В ушах ритмом отбивались слова Клаудии об ухищрениях Директора Цирка, вызывая справедливый и полный детской обиды вопрос: если он такой страшный, то почему она отправила очередную помощницу в его сети?
— Черный Морозник. С его помощью я смогу приготовить чай, который подарит тебе долгожданное забвение, — всё же ответила Чайная ведьма на немой вопрос, прежде чем та покинула лавку. — Твоему другу я добавила остатки моих запасов Морозника в последний чай, и он подействовал! Увы, для тебя ничего не осталось, но сегодня ты заберешь у Человека цветы, и еще до конца недели с кошмарами будет покончено!
При таких обещаниях лучшей жизни, Лис первую половину пути шла бодрым быстрым шагом, но чем ближе виднелись купола шатров, тем дальше в пятки сбегало её сердце. Наконец она, как Сэм ГэмджиУпомянуты персонажи кинотрилогии «Властелин Колец». остановилась у самой границы между входом на территорию Цирка и Городом, который хоть и пригрел вдоль своих водоёмов Гулей, способных распороть от плеча до бедра, но всё равно воспринимался как безопасное место. Сделав глубокий вдох, она провела рукой через ткань платья по самому крупному из своих шрамов, который так и не перестал ныть болью после заживления, и перешагнула через границу.
На удивление, под ногами не разверзлась земля, на неё не напал рой чудиков и в лицо не полетела заколдованная маска. Цирк казался спящим. В ближайших шатрах не было видно никаких признаков жизни. Девушка осторожно ступала вперед, надеясь, что ту самую «грядку» с Черным Морозником не увидит, как и специфическое «удобрение» для цветов. Тишина нервировала, как и осознание того, что они с Чарли уже заслужили гнев и требование расплаты от Циркачей за ночное вторжение.
— Эй ты! — прозвучал за спиной недовольный голос.
Лис обернулась, в растерянности. Все пройденные ею шатры от входа находились плотно друг к другу, что наверняка делало из них своеобразный лабиринт, если зайти внутрь. Ни одного входа в шатры она до сих пор не видела, и всё же обладатель голоса оказался именно за её спиной.
Низкорослое существо, с несуразно большими руками-лапищами, длинными как у орангутанга, что касались земли, пока их обладатель стоял. Фигура у существа идеально подходила под термин «тощий толстяк». Костлявая, со свисающими складками кожи, одетая в бесформенные штаны, криво повязанные ремнем. Лысеющую голову, с редкими жидкими прядками волос длиной до подбородка, дополняло на редкость безобразное лицо со злыми глазками и жабьим ртом, кривящимся в недоброй улыбке.
«Он похож на Голлума из «Властелина Колец»¹, — подобрала ассоциацию Лис, — только на более злобную его версию и страдающую хроническим алкоголизмом!»
— Кто такая? Чего надо? — враждебно продолжил допрос «Злой Голлум», опасно подступая ближе.
— Я из Чайной Лавки. К Человеку в Маске, — осторожно отступая от существа, громко проговорила Лис.
— А, новенькая! — осклабился в пугающей ухмылке «Злой Голлум». — Тебя уже ждут. Я провожу, а то другие и напугать могут, и обидеть! Не все такие дружелюбные, как Мордогрыз.
«А ты, Мордогрыз, тут считаешься дружелюбным?» — недоверчиво окинула его взглядом Лис, но послушно шла следом за чудиком.
В лабиринте хитро расставленных красно-белых одинаковых шатров без проводника найти тот самый было невозможно. Из-за плотных пологов на неё смотрели любопытные глаза чудиков, некоторые из которых даже выходили на свет. Девушка, конечности которой выгибались под разными углами, хотя она просто стояла на месте, даже шея её держала голову под неестественным углом. Двухметровый мохнатый зверочеловек, высовывающийся из шатра в большом ошейнике-строгаче, словно собака. Лысый карлик в военном мундире без рук и ног. Жутковатые сиамские близнецы, похожие на узников концентрационного лагеря с пугающе злыми лицами и серой кожей. Если бы не макияж на одном из лиц и вторичные половые признаки, их пол невозможно было идентифицировать. Множество лиц. Множество враждебно-любопытных взглядов.