Девушка улыбнулась, переводя дух. Боли в этой улыбке было больше, чем во всех пролитых ранее слезах. Человек не торопил, не принуждал продолжать исповедь, но остановиться Лис уже не могла.
— Перед смертью он признался, что Они «одаривают» его в награду за предоставленное мясцо. Этот парень — коренной житель той местности, где Они обитают. Все местные знают правила «соседства». Что нельзя заходить в пещеру, а если зашел, то держать глаза закрытыми и не смотреть. А ещё, что с этими соседями возможен диалог. И как именно можно договориться… — она шумно выдохнула и глухо продолжила: — Первый раз у меня на глазах убили человека. Так громко. А потом тело падает, и всё. Я… я думала, что не смогу на это смотреть и отвернусь. А я даже не моргнула во время выстрела!
У Маски никаких эмоций. И никакой реакции на историю о сохраненных воспоминаниях, о пробуждениях в Брантфорде, о работе в Чайной Лавке, о печальном финале жизни Алекса и даже о смертельном усыплении двух напавших в подворотне. Маска будто бесстрастный судья. Но под Маской разгорается живой интерес. Человек в Маске слушает внимательно, кажется, знает ответ, что послужило причиной столь детальной исповеди девичьих грешков. Алиса умолчала лишь о ночи с Гулями на берегу и о происходящем в своих кошмарах. Самой было страшно думать, что всё это время она пропускала через себя чужую память. Калейдоскоп насилия.
— Этот приступ должен был меня добить. Они планировали сегодня наконец забрать меня. Как Алекса. Остальное Вам известно! — закончила говорить Лис, и в шатре повисла тишина.
Директор Цирка не спешил что-то говорить. На столике у лампы стояла чашка с горячим чаем, предложенным еще в начале исповеди. Осторожно Алиса высвободила руку из-под плаща и немного отпила из чашки, ощущая облегчение. После всех вываленных из шкафа скелетов, стало значительно легче. Отчего-то разговоры с Чарли и Алексом такого спокойствия не приносили, хотя только им она могла доверять полностью. Но осознание, что Человек в Маске её услышал, принесло немного покоя. Даже если после их беседы на её лице окажется маска, превратив в чудика. Лишь на мгновение рискнула взглянуть в прорези глаз Маски, встретившись с его взглядом.
ПЛАМЯ
Она вздрогнула, зажмурившись, что не прошло мимо глаз Человека, однако быстро заставила себя вести так, будто ничего не случилось. Лис нервно улыбнулась, отгоняя удушливое послевкусие от пойманного воспоминания.
— О Человеке в Маске в городе столько страшилок рассказывают. Мадам Клаудия от себя тоже добавляет. По её словам, Вы — хуже Сатаны! Что все чудики — это люди, на которых надеты маски, и за свои грешки они теперь вынуждены служить Цирку. А их страшный образ — это результат некоей Черной Магии. Что всё это безумие Города с диктаторским забвением из-за Вас. А ещё, что Вы её помощниц соблазняете, а потом убиваете и закапываете там, где растёт Морозник. Интересно, что из этого правда? — задумчиво произнесла она, вопросительно поднимая взгляд на Маску.
— Правдой является всё сказанное, — ответил Человек с хищными нотками в голосе, заставив Лис поёжиться, — а с истиной всё гораздо сложнее. Скажи мне, Алиса, — он продемонстрировал пустой синий флакон-флягу, — ты знаешь, что пила всё это время?
«Дьявол!» — начали формироваться нехорошие подозрения, пока она отрицательно качала головой.
— Это помогало Их отгонять. Я не спрашивала, — под нарастающее биение сердца пролепетала она, с расширившимися от ужаса глазами.
«Идиотка, что мне мешало спросить?!»
— Возможно, эта настойка сама по себе может отогнать… Их, но в неё добавлен один лишний ингредиент. Чёрный Морозник. Теперь, Алиса, лучше говори правду! — голос Человека не терпел возражений, но девушка не собиралась бунтовать и сдавленно кивнула. — В какой момент тебе начали сниться кошмары? Необычные кошмары.
— Я… Откуда Вы… — пискнула Лис, чувствуя, как теряет почву под ногами.
— Будешь притворяться, что не знаешь, о чём я спрашиваю, — заставлю посмотреть мне в глаза! — бархатным голосом пригрозил он, пересаживаясь с кресла ближе к ней на софу. — Что ты увидишь?