— Это… всё… неправильно! — с трудом выдавила из себя слова Алиса. Ощущая, как личная жизнь, боль, любовь и всё, что люди предпочитают хранить в закоулках своей души, она забрала без спроса и присвоила себе, будто воровка. Пролезла в душу и натоптала грязными ногами. — Такого… так не должно быть. Нельзя чужие жизни так…
Она замолчала не в силах подобрать слово.
— Расхищать? — подсказал Человек. По его лицу трудно было понять, о чём он думает.
— Да, — кивнула она, сглотнув, — ты можешь забрать у меня эту способность?
— Забрать? Думаешь, это возможно? — Лис неопределенно пожала плечами. — Я могу лишь предположить, что она с тобой сделала. До сих пор ещё никто не добивался подобных успехов, а травить своих протеже Чайная Ведьма начала очень давно.
— Хороши успехи, — скользил по шатру взгляд, полный горечи, — посмотрела в глаза, свалилась в обморок, а в перспективе стала растением, поглощенным чужими воспоминаниями. Идеальная помощница, ничего не сказать! Но… почему именно так? С кошмарами и… запретами на всё.
«Песни петь нельзя, с людьми разговаривать запрещено. Пей то, что я даю, ешь то, что я позволяю, пока я демонстративно не съела купленные кексы в качестве бунта. Одевайся, как я позволяю… Без отправки меня в Брантфорд можно было обойтись! Она там не бродит по ночам, значит, и меня могла отгородить. Как только Алекс начинал пробуждаться или Чарли, то смотрела на них, будто они враги народа!» — стоило начать вспоминать прошлое без розовых очков под названием «она о тебе так заботится», как поведение мадам Клаудии предстало по-настоящему пугающим.
— В давние времена для инициации новой ведьмы её нужно было держать несколько дней без сна, отдыха и общения. Идеально, если она подвергается насилию или жестокому обращению. Одинокая, измученная физически, изможденная духовно, она становится идеальным сосудом для перерождения. Чтобы наполнить чашу, нужно убедиться, что она опустошена.
— Опустошена, — повторила Лис, опуская взгляд, чтобы даже случайно не встретиться с его глазами, — да, похоже на меня.
— Посмотри мне в глаза! — вдруг приказал Человек.
Лис внутренне сжалась от предстоящей вспышки боли, но уже поняла, что когда Директор Цирка приказывает, все подчиняются. Цунами неродной памяти тут же «услужливо» предоставило ей множество картинок жестоких последствий, которые получали все, перечившие Человеку. Она подняла голову, изумрудные глаза встретились с баритовыми. Перестав дышать, она приготовилась к боли, которой… не последовало. Не произошло ровным счётом ничего, лишь внезапная игра в «гляделки».
— Ничего! — с улыбкой выдохнула Лис, с восторгом хихикнув. — Никакого огня! Значит, — подпрыгнувшее настроение снова опустилось на дно, — чтобы кошмары с… другие кошмары прекратились, нужно также нырять людям в головы?
— Возможно, но необязательно. С ними ты живешь уже девять месяцев, а, значит, твоему рассудку они не опасны. А вчера ты слишком глубоко забралась. Через пару дней моя память тебя должна была раздавить, — Человек сделал паузу, словно осмысляя сказанное. — Признаться честно, мне неведомо, к чему в дальнейшем приведёт это погружение.
«Я до сих пор чувствую тебя под кожей!»
«Как и я тебя, подарочек Судьбы, осталось решить, что с тобой делать!» — скользнув взглядом по её мыслям, с досадой подумал он.
— Знать всю память. Страхи, слабости, секреты… это понятно. Так проще уничтожать врагов, держать в страхе союзников. И владеть всеми секретами, например, по выращиванию Морозника, — Лис беспокойно заёрзала на месте, накручивая выбившуюся из кокона прядь волос на пальцы. — Но зачем впутывать посредников? Пусть сама выпьет свои запасы этого цветка - и вперёд! Мало ли, что у помощниц на уме. Они и предать могут.
— Она рассказывала о твоих предшественницах? — поинтересовался с полуулыбкой Человек. — Краснеешь. Значит, рассказывала. Чёрный Морозник ядовит, он не выводится из организма. Предсказать, что произойдёт с человеком, принимающим этот цветок, очень сложно. Возможно, когда чай на тебя не подействовал первый раз, Чайная Ведьма сделала для себя какие-то выводы. Большинство людей от постоянного приёма умирает, Морозник отравляет их кровь, заставляя её гнить. Смерть выглядит малопривлекательно. Особенно когда в агонии бьётся молоденькая красивая девушка, поверившая сказкам ведьмы о Злом Властелине Цирка, которого необходимо победить.
— Ты их убивал… из жалости? — сама фраза горчила на языке. Однако образ почерневших тел, бьющихся в припадке с угольно-чёрными венами, уже вспыхнул перед глазами.