— И не противно? — тихо спросил он.
Ощущая на себе, как разбивалось на части сердце от взгляда Аннет, Лис понимала, насколько болезненно личным являлся этот вопрос. Рана из далёкого прошлого продолжала кровоточить. Или снова начала этой ночью?
— Это всего лишь шрамы, — пожала плечами Алиса, — я была там, я чувствовала тот огонь. Нет ничего сверхъестественного в том, что после огня остаются ожоги! Почему мне должно быть противно?
«Сколько у него масок? Пугающий Хозяин чудиков. Смущающий Директор Цирка. Лукавый неприятель ведьм. Человек с мучительным прошлым… сколько их ещё?»
«Больше, чем ты думаешь!»
В ответ на её мысли Человек вдруг отбросил растерянность и с хитрой улыбкой подмигнул Лис. По его лицу прошла странная рябь, словно невидимая рука пыталась исправить несовершенства поделки из податливого пластилина. Мгновение и шрамы полностью исчезли. С дьявольским очарованием на Лис смотрел привлекательный мужчина без единого изъяна на лице. Мужественный подбородок, выразительные скулы, резкие черты лица и таинственная полуулыбка превращали его в невероятно притягательного Мефистофеля, если бы у того был человеческий облик.
После ночи в Брантфорде, встрече с Ними, отправки по волнам памяти Человека, принятию существования ведьм, осознания предательства единственного союзника в городе и даже отчаянной попытки стать чудиком, именно этот момент переполнил чашу выдержки Лис. С громким вскриком, она умудрилась вырваться из рук Человека. Гулко ударившись спиной об пол, она освободилась из кокона плаща, отползла за софу и по-детски спряталась за высокой спинкой. В очередной раз её выходка заставила Человека удивленно замереть на месте.
— Какого… что это было?! — продолжая прятаться от него, гневно спросила Алиса, тяжело дыша и едва не срываясь на крик.
«Ведьмы, колдуны… валите в свой Хогвартс и оставьте нормальных людей в покое!»
— Тебя напугало моё лицо? — сделал к ней шаг Человек. — Тебя не напугало уродство! — Ещё один шаг. — Сама предложила сделать тебя чудиком! — Шаг, и их разделяла только софа. — И ты спокойно признала наличие в себе пороков! — Он возвышался с противоположной стороны софы и без препятствий мог видеть сидящую на полу Лис, недовольно смотрящую на него. — Даже не считая способности с первого взгляда влезать в душу, сметая на пути все преграды, ещё ни разу в ночи на мою голову не сваливался такой подарочек судьбы!
— Слишком много впечатлений за одну лишь ночь! — вскочила гостья с места и, одарив его сердитым прищуром изумрудных глаз, нервно начала мерить шагами шатёр. Человек сделал к ней шаг, отчего она отшатнулась в сторону, едва не врезавшись в стеллаж. — Я сейчас сама успокоюсь, мне просто нужно… немного движения!
С усмешкой, словно в шатре бесился сумасбродный барсук, а не молодая девушка в пижаме, он подобрал свою Маску и осторожно перенёс её на свой стол под гневное пыхтение Лис. Плащ был поднят с пола и также перемещен в более подобающее место. Через некоторое время она затихла и устало упала на софу.
— Предупреждать надо, когда устраиваешь свою Сим-Салабим Магию, колдун! — недовольно буркнула она, скрестив руки на груди.
— Сим-Салабим Магию? Неожиданное определение! — улыбка, с которой он смотрел на Алису, казалась почти невинно-непосредственной. Тому, как быстро Человек менял свои маски, можно было только позавидовать. — Но впечатлений за ночь действительно много. До утра ты ещё можешь поспать. На софе.
— Странно, что утро ещё не наступило. Сколько мы тут уже беседуем?
— Недолго, на самом деле. Проверь свой чай, Алиса! — пока она с удивлением тянулась к своей чашке, он на мгновение исчез из поля зрения, чтобы также внезапно появиться с пледом в руках.
— Горячий! Но… ладно, допустим этот разговор из крайности в крайность был недолгим, но по памяти сколько мы путешествовали? — круглыми от удивления глазами смотрела на него девушка. — Или здесь время иначе течет? Я бы не удивилась.
— Не сомневаюсь, однако время здесь течёт точно так же, как в остальном городе, — жестом доброго соседа, приглашающего на ночевку, он передал плед и две подушки. — Всё путешествие в память заняло… думаю, минут пятнадцать.
— Чтоб этот Город… — распетушилась Лис, однако ни одна из мелькающих в голове казней для города не выглядела впечатляющей и могла навредить лишь невинным жителям, — а, неважно! Спокойной ночи, Человек.