Казалось, еще немного и ряды поляков будут окончательно смяты, но в это время в бой вступила королевская гвардия и литовская кавалерия князя Богуслава Радзивилла. В первых рядах этого корпуса выдвинулась артиллерия генерала Пржыемского, открывшая губительный огонь по татарской коннице. Картечь, бившая в упор, производила опустошение в рядах татар, которые, не выдержав огня артиллерии, откатилась назад, а затем и вовсе обратилась в бегство. Возникшая внезапно паника перекинулась и на тех татар, которые не участвовали в сражении. Первыми дрогнули хан и окружавшие его мурзы, ударившись в беспорядочное бегство, за ними устремились и все татары за исключением нескольких тысяч всадников, прикрывавших это паническое бегство. Ворвавшись на территорию коша, поляки застали там брошенные кибитки с татарскими женами и детьми, быков, оставленное имущество.
Казаки, видя, что остались без союзников, обратившихся в позорное бегство, укрылись в таборе, оставив поле сражение в распоряжение противника. Но напрасно казацкие полковники искали своего гетмана- его в таборе не было.
Позорное бегство хана со всей ордой в мгновение ока изменило расстановку сил на поле брани. Окруженные со всех сторон польскими хоругвями казацкие полки вынуждены были отступать с большими потерями, а порой и просто бежать с поля боя, чтобы укрыться в таборе за рядами возов. Поляки преследовали и рубили их яростно, без жалости и снисхождения, даже коринфский митрополит Иосааф, благословлявший казаков на битву, не успел добежать до табора, путаясь в полах своей рясы, и, невзирая на его чин священнослужителя, был зарублен кем-то из гусар.
Все же казацкие конные полки сумели сдержать хоть ненадолго рвущихся к табору поляков, дав возможность большей части пехоты укрыться за спасительными возами. Едва сумев с трудом замкнуть табор, казаки стали передвигать его ближе в Пляшевой, чтобы не оказаться в полном окружении и, в конечном итоге, уперлись одной из сторон в речку, которая таким образом прикрыла их правый фланг. С тыла вплотную к казацким возам примыкало огромное болото.
С наступлением темноты поляки возвратились на свои позиции, забрав с поля сражения своих погибших и раненых товарищей. До поздней ночи они славили Господа за одержанную победу, воздавали должное героям сегодняшней битвы Иеремии Вишневецкому, Николаю Потоцкому и другим военачальникам, отличившимся в ходе сражения. Окончательный разгром оставшихся в лагере казаков представлялся делом нескольких дней. Орда ушла далеко и хан, по всей видимости, возвращаться назад был не намерен.
В казацком таборе настроение было совсем иным. Под покровом ночи казаки вынесли с поля своих павших товарищей, чтобы с наступлением дня предать их земле по христианскому обряду. Затем Филон Дженджелей, собрав на совет полковников, стал выяснять, что кому известно о гетмане. Тут выяснилось, что отсутствует и генеральный писарь Выговский. Возникла версия, что гетмана захватил с собой хан при своем неожиданном бегстве.
Совет не пришел к общему мнению по поводу оценки ситуации, полковники решили прежде всего возвести валы вокруг табора, а затем действовать в зависимости от обстоятельств. Что касается отсутствия Хмельницкого, то было решено объявить войску, что гетман с Выговским последовали за татарами, чтобы уговорить хана возвратиться назад.
Всю ночь осажденные напряженно трудились, не сомкнув глаз, но зато утром перед изумленными поляками возникла настоящая крепость с земляными валами, частоколом, широким рвом и оборудованными на валах позициями для пушек.
Серко в тех работах не участвовал, так как сразу после окончания совета Филон Дженджелей отозвал его сторону и негромко сказал:
-Дела ,брат Иван, обстоят неважно, сам видишь. Но пока еще мосты через Пляшевую не заблокированы ляхами, надо бы пополнить в окрестных селах и хуторах запасы продовольствия. Травы для коней за речкой много, да и тут достаточно, хотя ляхи и заняли место,где стоял татарский кош. Но выбить их оттуда будет не сложно. А вот с продовольствием у нас плохо. И борошна, и вяленой рыбы, пожалуй, на седмицу хватит, но сколько мы тут будем сидеть в осаде одному богу ведомо. У тебя полк охочекомонных, мы тут на работах по укреплению табора и сами справимся. А вот вы бы занялись добычей продовольствия.
Серко не стал терять времени и вскоре его полк перешел по трем сохранившимся мостам на левый берег Пляшевой. Отсюда казаки отъехали на полсотни верст , а там по татарскому обычаю разлетелись по степи на четыре стороны. Еще через два десятка верст , отряды снова разделились. Такая тактика позволяла охватить за короткое время большую площадь поиска. Казаки углубились к северу от Берестечка на две сотни верст,поэтому им, отягощенным захваченными телегами с продовольствиям, которые тянули медлительные волы и быки, приходилось двигаться медленно.Тем не менее , первые возы с продуктами, в основном с мукой и зерном, были доставлены в табор к утру 27 июня. Здесь Серко узнал, что в его отсутствие проходили переговоры с поляками. Из всех условий королевской стороны казацкие депутаты согласились только на выдачу Хмельницкого, а в остальной части настаивали на условиях Зборовской Декларации.
-Тут такое дело,- задумчиво сказал Ивану новый наказной гетман Матвей Гладкий, которого выбрали вместо Дженджелея, заподозрив, что Филон согласен заключить мир на условиях , предложенных королем,- сюда дважды наведывался Выговский. Он говорил, что Хмеля держит у себя хан, готовясь вернуться к Берестечко и продолжить сражение.Но я ему не особенно доверяю, ты же знаешь, это хитрая лиса. Он говорил, что хан стоит у Вишневца. Так вот я прошу тебя, съездить туда и выяснить правду ли говорит генеральный писарь.Может и с гетаманом удастся переговорить, а то я не знаю ,что нам делать, ждать его и хана или постараться уйти.
-Я не пойму короля и особенно Потоцкого,- мрачно сказал Серко,-чего они медлят, я бы на их месте заблокировал мосты через Пляшевую и удавил нас костлявой рукой голода.
Серко, как в воду смотрел, но он не знал, что на военном совете король предложил Иеремии Вишневецкому перейти на правый берег Пляшевой и блокировать мосты, по которым казаки переправлялись на ту сторону. Князь согласился, однако потребовал для себя пятнадцатитысячное войско. Оба гетмана стали возражать против этого требования , опасаясь, что останутся без самых отборных хоругвей.
Тогда король поручил Станиславу Лянцкоронскому скрытно переправиться с двумя тысячами солдат на правый берег Пляшевой и перекрыть возможные пути отступления казаков за речку. Брацлавский воевода, разделявший мнение воеводы русского о том, что для такого дела нужно гораздо большее число солдат, все же спорить с королем не стал и в ту же ночь форсировал реку, выбрав позицию которая бы позволила ему контролировать все три моста.
Однако Серко со своими донцами покинул табор еще днем и отправился к Вишневцу. Передвигался он осторожно чтобы не нарваться на татар, которые теперь было не понятно, на чьей стороне. Предосторожности его оказались напрасными, так как в Вишневце татар не было. По слухам , хан ушел на юг к Животову. Серко направился туда, но по дороге узнал, что татары повернули на Львов. "Понятно, за ясырем отправились"- подумал Иван и решил возвращаться в табор.