— Что такое? — спросила она. Губы были в жире от гуляша, ее оторвали от еды.
— Ты ничего не чувствовала в последнее время? — поинтересовался лейтенант. — Какой-нибудь магии, там, не знаю…
— Ничего, — покачала она головой. Хотя погоди, было что-то… в море, нездолго до вечера.
— Точно! — произнес Кребстон. — Оливер как раз на скалу вышел, посмотреть, не идет ли судно с десантом. И правда, идет бриг, в какую-то мелкую посудину палит, та вроде тоже раз стрельнула. А потом глядь — бриг-то возьми, да и взорвись! Он аж глаза протер.
— А что за знамена на бриге были? — поинтересовался Лендгрейв. Он помнил, чьи были знамена, просто хотел проверить.
— Конечно, Теано, — вспылил Альваро. — Они любят убить, но так, чтобы все было шито-крыто.
— Верно. Вы-то откуда знаете?
— А это по нам стреляли. Из-за пробоин и пришлось пристать.
— Кто ж тогда взорвал фрегат? — спросила подошедшея женщина. — Такое впечатление, что поработал настоящий колдун.
— Возможно, возможно, — уклончиво ответил Теано. Но мы и сами можем спросить, не колдовал ли недавно кто-то из вас.
— Можете, — кивнул лейтенант. — Только надо ли? Если попадем к попам, крышка и нам и вам. Было бы разумно объединиться.
— Пожалуй, — криво усмехнулся Альваро. Отец наверняка попенял бы ему за легковерность, но сейчас он чувствовал: лейтенант не лжет. — Тогда так. В Медаре у нас есть верфь, на ней недавно спустили на воду линейный корабль «Святой Брегга». Если вы поможете нам добраться до верфи, а если она захвачена, отбить корабль — мы берем вас на борт. Согласитесь, по суше в Ствангар не прорваться, а морем дойдем до Тэйри — и поминай как звали. Оттуда не выдают даже на суд Звездной палаты. Услуга за услугу.
— Трудное это дело… Особенно в нынешнем Медаре. Но попробуем, попробуем. Гердис, что скажешь?
— Скажу, что это единственный шанс. И другого не будет. Ладно, Морозини, иди, приведи своих. А я и… ну, к примеру, Кребстон пойдем с тобой. Мало ли, вдруг у вас есть раненые…
Глава 6. Золото и вера
Ночью Мелине стало хуже. Как-то резко, еще недавно она говорила, пыталась даже шутить, подбадривая экипаж «Куртизанки» — а теперь, покрытая испариной, глухо стонет сквозь зубы. Сам переживший такое ранение, Сагони знал: боль у нее сейчас адская, и как она может сдерживать крик — уму непостижимо. А они могли только смочить морской водой кусок плаща — и протереть выступившую испарину. Впрочем, Сагони знал: сейчас ей бы ничем не помогли и лучшие лекари Семигрдья из тех, чья помощь стоит целого состояния.
— Бедная девочка, — пробормотала хлопотавшая над подругой Неифила. — Кругом одни враги, а о ней и позаботиться некому…
— Хотел бы я такую дочку, — в тон ей отозвался Сагони. — Да и от жены бы не отказался…
Он еще раз бросил взгляд на море. Спокойная, залитая мглой равнина, готовая взорваться страшным штормом. До штормов, впрочем, пока что далеко, а когда они начнутся, нынешние беглецы будут далеко на юге.
— Сагони! — раздалось со стороны тракта. — Эй, Сагони!
Кричал Альваро. Сдурел, что ли? А вдруг солдаты поблизости?
Ловко прыгая с камня на камень (и не скажешь, что барчук, наследник крупнейшего состояния Семиградья), Альваро приближался к лагерю. С ним был рослый мужчина со шпагой и пистолем, в форменном красно-черном артиллерийском камзоле. Третьей шла высокая светлокосая женщина, судя по всему, северянка. Васт, Вейвер, северные провинции Нортера, а может быть, и Поле Последнего Дня.
— Кого ты привел? — напустился на юношу Сагони. — Что, в петлю захотел?
— Не волнуйся, Сагони. Они такие же беглецы, как мы. Если поймают, и статьи будут точно такие же. На костер вместе пойдем.
— Ну, раз так, — решился Сагони. — То хотя бы представьтесь.
— Некогда любезничать, — вышла вперед жещина. — Раненые есть?
— Да. Девушка, — отрывисто бросил Альваро. — Пулевое ранение в живот. Едва ли дотянет до утра… По крайней мере так сказал бы любой врач. А вот у матроса ранено плечо, о нем нужно позаботиться немедленно, иначе придется отнимать руку.