Шейх Мурад побледнел так стремительно, что казалось, вся кровь разом отхлынула от его лица. Я шагнул ближе, чувствуя, как воздух вокруг нас сгущается от напряжения.
— Ты… лжешь, — еле слышно выдавил шейх.
Австралиец закашлялся хриплым смехом, сплёвывая кровь:
— Хочу тебя разочаровывать, ублюдок. Черные Пески Фахима налетели на рассвете, три дня назад. — Он сделал паузу, облизывая разбитые губы с мерзкой ухмылкой. — Никто даже пискнуть не успел. Прислуга, охрана, семейка твоя — всех под нож пустили! Фахим велел сказать — это за его брата. Ты его кровь пролил, он твою семью вырезал.
— Рашид… — шейх пошатнулся, словно от невидимого удара.
— А твой сынок… — Австралиец почти промурлыкал это, глядя шейху прямо в глаза, оскалив окровавленные зубы. — Фахим лично занялся мальчишкой. Сказал, что хочет научить его кричать по-настоящему. Много… много часов учил.
Крик, вырвавшийся из горла шейха, был подобен землетрясению. Его янтарный Покров взорвался ослепительным светом, переходя в кроваво-красное мерцание. Абдул и другие арабы вокруг упали на колени, закрывая глаза руками от нестерпимого блеска.
— ФАХИМ! — рев шейха сотряс корабль до самого киля.
Одним мгновенным движением он схватил Австралийца за горло. Энергетический хвост скорпиона полыхнул невероятно мощным ударом, вонзаясь в грудь пирата.
— Я пролью твою кровь на палубе как подношение мести, — прохрипел шейх сквозь стиснутые зубы.
Абдул бросился к своему хозяину:
— Мой господин! Он может лгать! Сперва нужно удостовериться!
— Нет… времени, — шейх с усилием сдержал себя, его пальцы буквально впились в горло Австралийца. — Если есть хотя бы малейший шанс… что Рашид…
— ПОДОЖДИ! — Рита подбежала к нам, ее серебристые глаза сияли активированными способностями. — Он лжет!
Шейх замер.
— Откуда ты знаешь? — спросил он, не ослабляя хватки.
— Стой! — Рита рванулась вперёд, хватая шейха за руку. Её глаза вспыхнули серебристым светом. — Он лжёт!
Шейх замер с занесённым аурным хвостом. Его пальцы всё ещё сжимали горло Австралийца, но хватка чуть ослабла.
— Ты уверена? — прохрипел он, не отрывая взгляда от пирата.
— Абсолютно, — Рита выступила вперёд, её серебристые глаза впились в лицо Австралийца.
Она шагнула к Австралийцу, серебристое свечение из её глаз бросало жёсткие тени на его изуродованное лицо. Пират попытался отвернуться, но шейх держал его крепко.
— Ты видел смерть Рашида Аль-Нахара своими глазами? — спросила Рита, вкладывая в голос силу своего Покрова.
Австралиец дёрнулся, словно от удара. Пот выступил на его лбу, глаза забегали, пытаясь избежать серебристого взгляда Риты. Наконец, он выдавил:
— Я… получил сообщение от самого Фахима. — Слова застревали у него в горле. — Его люди подтвердили успех.
Рита резко выпрямилась:
— Он лжёт, — сказала она шейху. — Не просто повторяет чужие слова — он сознательно врёт о твоём сыне.
Шейх стиснул горло пирата с новой силой:
— Говори правду! — прорычал он. — Что с моим сыном⁈
— Рашид! — Австралиец захрипел, паника исказила его лицо. — Мальчишки… не было… дома! Фахим… приказал… солгать!
Шейх разжал пальцы на горле Австралийца, и пират рухнул на палубу, жадно хватая воздух. В глазах Мурада произошла заметная перемена — сквозь яростное безумие пробивался холодный расчёт полководца.
— Фахим… — имя врага прозвучало как проклятие. — Только он способен на такое. Напасть на беззащитных, ударить в спину, пока я в отъезде. Его почерк.
Абдул окинул быстрым взглядом повреждения на корабле: сломанная мачта, выжженные следы ударов магией на палубе, груды мёртвых тел.
— Господин, наше судно повреждено. Понадобится неделя ремонта минимум, — он указал рукой на пиратский корабль, который качался на волнах рядом, практически нетронутый. — Но корабль Австралийца цел. И он быстрее нашего.
Шейх Мурад выпрямился во весь рост, его фигура внезапно стала казаться больше, властнее. Он заговорил — не повышая голоса, но каждое слово звенело сталью:
— Хасан! Марван! Взять десять человек и захватить пиратское судно. Проверьте трюмы и убедитесь, что там никто не прячется. Ахмед, позаботься о раненых, перенеси их первыми. Абдул! — он повернулся к своему помощнику. — Организуй перемещение всех ценных грузов, оружия и припасов. Срок — час. Не больше.
Воины бросились выполнять приказания, словно единый механизм. Никто не задавал вопросов, не выражал сомнений — команда шейха работала с той отлаженной точностью, которая приходит только с годами службы и беспрекословного подчинения.