Кэндзи невольно зажмурился от скрежета и грохота. Но мотор тут же заглох.
— Надо прыгать, — произнес Кэндзи вслух и, вспомнив о печальной судьбе Уэхару, взглянул на высотомер. Двести метров — низко. Используя запас скорости, Кэндзи поревел машину в набор высоты. На семистах метрах он перевернул истребитель на спину и, раскрыв замок привязных ремней, вывалился из кабины. Открывшийся раккасан[49] встряхнул его довольно невежливо. Раскачка быстро прекратилась, он глянул вниз и увидел, как подбитый им «Дуглас» снижается на деревья.
— Ну что, получил, негодяй?! — торжествовал стрелок «Дугласа», подвешенный в люльке под потолком фюзеляжа. Его ликующий возглас громко прозвучал по переговорному устройству. Но летчикам было уже не до торжества. Поврежденные моторы захлебывались от перебоев и тянули все слабее и слабее. Нужно было садиться. Но куда? Кроны высоких деревьев проносились угрожающе близко.
— Командир, подверни чуть влево, — подсказал штурман, указывая на болотистый участок джунглей, покрытый кустарником и низкорослыми деревьями.
— Выпускай закрылки! — крикнул летчик бортовому технику.
Тот, зажимая рану на правой руке, склонился над краном управления закрылками, поставил его на выпуск. Но заметного клевка, который сопровождает выход, посадочных щитков, не последовало. По-видимому, снаряд перебил тягу управления. Пилот потянул штурвал на себя, чтобы погасить скорость, верхушки деревьев хлестнули по нижней части фюзеляжа. Машина просела и, не успев потерять скорость, ударилась крылом о ствол исполинского дерева. Лесной великан содрогнулся, но выстоял. Самолет же разлетелся на несколько частей и загорелся. Из расколовшегося фюзеляжа, словно горох из сухого стручка, высыпались тела пассажиров, контейнеры и чемоданы. Густой черный дым поднялся над лесом.
2Парашют опустил Кэндзи на густые заросли кустарника неподалеку от места падения «Дугласа». Приземление произошло довольно удачно: он отделался всего лишь несколькими ссадинами. Выпутавшись из подвесной системы, пилот приготовил к бою пистолет и затаился. Но кругом было тихо, лишь со стороны, где горели остатки самолета, доносился запах дыма да треск ветвей, охваченных пламенем. Сзади, справа и слева кричали обезьяны, напуганные пожаром.
У Кэндзи вдруг появилось желание побывать на месте катастрофы. Он решительно двинулся к обломкам «Дугласа», надеясь найти там продовольствие, а может, и драгоценности: не век же быть войне — пригодятся.
Каждый метр пути приходилось отвоевывать у джунглей с большим трудом, с помощью острого ножа.
Москиты и комары лезли в глаза, в нос и рот, нещадно кусали его. Он обливался потом, на руках вспухли волдыри.
Неожиданно стало темно: небо затягивало черной тучей. Сверкнула ослепительно яркая молния. Налетевший ветер донес смрадный запах горящей резины и человеческого тела. Цель была близка, и Кэндзи заспешил, чтобы до начала ливня по дыму найти разбившийся «Дуглас».
Он вышел на просеку, пробитую крыльями падающего самолета, до того, как на джунгли обрушился целый океан — иначе нельзя было назвать ливень: за несколько минут вода поднялась до колен, а в низинах бурлили целые реки.
Туча разорвалась и развеялась так же быстро, как и пришла, и Кэндзи продолжил путь. Теперь он не рубил ножом, а бесшумно крался вдоль просеки, сжимая в руке пистолет. Летчик не исключал возможности, что кто-либо из пассажиров самолета окажется жив.
Впереди показался фюзеляж «Дугласа». Кэндзи прислушался—кругом царила кладбищенская тишина. Пилот осторожно подошел, осмотрел все вокруг. Ноги его почти по колено проваливались в жидкую грязь, замешанную ливнем. Полузатопленные мертвецы лежали в самых причудливых позах. Первым делом Кэндзи убедился, что никто из них не остался в живых и не пошлет ему пулю в спину.
У обломков хвостового оперения среди выброшенных чемоданов лежало тело человека с портфелем в левой руке. Кэндзи, видел подобные портфели и знал, что в них перевозят ценные бумаги или деньги.
«Черт возьми, — подумал он, — а у этих покойничков, пожалуй, намного больше денег, чем отыщется в моих карманах. И все может сгнить или достанется обезьянам. Кто же найдет сбитый здесь самолет? Может быть, мне сегодня выпал тот единственный шанс, который изменит всю мою жизнь».
Прежде всего он направился к портфелю. Бывший его владелец лежал на спине. Это был мужчина лет тридцати пяти в форме морского пехотинца США. На воротнике рубашки погибшего были эмблемы финансовой службы — красный ромб в позолоченном лавровом венке.
«Браун», — прочитал Кэндзи фамилию покойника на матерчатой нашивке над правым нагрудным карманом. Из угла рта казначея стекала струйка крови, не смытая дождем. Портфель, роскошный портфель из крокодиловой кожи, был прикован стальной цепочкой к металлическому браслету на левой руке погибшего. Кэндзи изо всех сил дернул за портфель, пытаясь разорвать цепочку. Рывок вызвал неожиданный результат. Цепочка не разорвалась, по человек, которого Кэндзи считал мертвецом, вдруг открыл мутные, ничего не смыслящие глаза и застонал. Летчик невольно вздрогнул.