– Нет уж, – отрезала она, – я с тобой! В том караване два свободных бактриана – ну чем не перст судьбы? А дела... С ними все равно придется разбираться моему юристу, тут работы не на одну неделю. Наверное, лучше будет все обратить в золото – ценные бумаги у вас там, на Севере, кажется, не в ходу?
– Там про такое никто и не слыхивал, – кивнул он, с улыбкой наблюдая за одевающейся Элвис. – Ну и парочку мы с тобою являем, подруга, – просто классика: промотавшийся в дым аристократишка, все достояние которого – меч да траченный молью титул, женится на деньгах преуспевающей вдовушки из мещанского сословия...
– ...Каковая вдовушка начинала некогда свою карьеру торгуя направо и налево собственным телом, – в тон ему продолжила Элвис. – С какой стороны ни глянь – совершеннейший мезальянс... Не история, а золотая жила для кумушек из обоих сословий.
– Это точно... – Ему, похоже, пришла в голову внезапная мысль, и сейчас он что-то прикидывал про себя. – Послушай, я вдруг подумал... До полудня бездна времени. А что, если мы поженимся прямо сейчас? По ритуалу любой из умбарских религий – на твой выбор.
– Да, милый, конечно... А по какому ритуалу – мне тоже все равно... Давай по аританскому, благо их храм в двух шагах отсюда.
– Да что с тобой, Эли? Ты вовсе не рада?
– Нет-нет, что ты!.. Просто вдруг накатило предчувствие, очень скверное... как раз когда ты заговорил о женитьбе.
– Чепуха, – твердо отвечал он. – Одеваемся, и вперед; аритане – так аритане. Кстати... твой камень, если я не путаю, сапфир?
– Да, а что такое?
– Пока ты прихорашиваешься, я как раз успею прогуляться через улицу до лавки достопочтенного Чакти-Вари – на предмет свадебного подарка. Время, конечно, неурочное, но за такие деньги, – он подкинул на ладони мешочек с остатками Шарья-Раниного золота, – старикан выпорхнет из постели как вспугнутый фазан...
И тут он осекся, увидав лицо Элвис: та стремительно бледнела, а глаза ее из васильковых сделались черными – один зрачок.
– Нет!!! Тан, милый, не ходи, умоляю тебя!!
– Да что с тобой, маленькая? Это... это опять твои предчувствия? – Она быстро закивала в ответ, не в силах вымолвить ни слова. – Пойми, мне ничто не угрожает – я вышел из игры и просто никому больше не нужен...
– Хорошо, – она уже овладела собою, – пойдем. Но только вместе, ладно? Я буду готова через пять минут. Ты обещаешь, что не станешь выходить из дому без меня?
– Да, мамочка!
– Вот и умничка!
Элвис чмокнула его в щеку и выскользнула в коридор; слышно было, как она отдает какие-то распоряжения недовольно ворчащей Тине. "Браво, господин барон, – мрачно подумал он, – дожили... любимая женщина поведет вас за ручку, обеспечивая вашу безопасность – сами-то вы даже на это уже не способны... Ты и так вышел из игры битым (что никак не способствует самоуважению), но если ты сейчас и впрямь послушно дождешься Элвис, то просто потеряешь право называться мужчиной... Ну а если предчувствие ее не обманывает – тем хуже для них. И пускай цена ему как шпиону пятак в базарный день, но уж третьим-то мечом Гондора он от этого быть не перестал... У него есть Снотворное и мифриловая кольчуга – рискните, ребята! И пусть ваши головы станут моим утешительным призом – настроение как раз подходящее... Тьфу ты! – Он едва не расхохотался. – Кажется, я начинаю всерьез относиться к женским предчувствиям". Окинул взором пустой сад (из окна второго этажа он просматривался как на ладони), совершенно безлюдную Яшмовую улицу с дээсдэшником в полицейской форме... В лавке Чакти-Вари – сторожевые кобры... И что с того?.. "Черт, – успел подумать он, перекидывая ноги через подоконник, – клумбу бы не помять, а то Эли мне за свои левкои голову оторвет..."
...Элвис была уже почти готова, когда уловила краешком глаза движение в саду. С остановившимся сердцем она дернулась к окну и узрела на дорожке Тангорна: тот послал ей воздушный поцелуй, а затем направился к садовой калитке. Шепотом адресовав своему благоверному парочку выражений, более приличествующих ее портовой юности, нежели нынешнему статусу, Элвис с некоторым облегчением убедилась, что барон при оружии и, судя по его походке, явно не склонен разевать варежку навстречу красотам летнего утра. Он настороженно миновал калитку, пересек улицу, обменявшись парою фраз с полицейским, и протянул руку к бронзовому дверному молотку на входе в ювелирную лавку...
– Та-а-а-а-а-ан!!! – прорезал тишину отчаянный крик.
Поздно.
Полицейский вскинул руку ко рту – ив тот же миг барон, судорожно хватаясь за горло, осел на мостовую.
Когда она выбежала на улицу, "полицейского" уже и след простыл, а Тангорн доживал последние секунды. Отравленная колючка, выпущенная из улшитана – маленькой духовой трубки дальнехарадских пигмеев, – вонзилась ему в шею, на палец выше ворота мифриловой кольчуги: извлечь из ножен Снотворное "третий меч Гондора" так и не успел... Барон стиснул до синяков руки пытающейся приподнять его Элвис и с хрипом выдохнул: "Фарамиру... Передай... Сделать...": силился выговорить что-то еще (на самом-то деле заготовленная им фраза была – "Фарамиру передай – сделать не вышло"), но не хватило воздуха в легких: алкалоиды анчара, составляющие основу пигмейского яда, вызывают паралич дыхательной мускулатуры... Ни выполнить свою миссию, ни хотя бы дать знать товарищам о ее провале барон так и не сумел; с этой мыслью и умер.
...С соседнего чердака наблюдал за этой сценой через затянутую паутиной отдушину человек по кличке Перевозчик – чистильщик из организации Эландара. Он в недоумении опустил свой арбалет, тщетно пытаясь сообразить – кто же это его так ловко опередил?.. ДСД? Для Приморской, 12, слишком уж чисто сработано... А если все это лишь очередная уловка барона?.. Может, для верности все-таки всадить в него стрелу?..
...Мангуст к тому времени успел уже избавиться от полицейской формы и, вновь став вполне законно аккредитованным при МИДе послом Его Величества султана Сагула V Благочестивого – могущественного властителя несуществующих в природе Флориссантских островов, – без лишней суеты поспешал к порту: там его ждала зафрахтованная загодя фелюга "Трепанг". Поединок двух лейтенантов закончился тем, чем и должен был закончиться, ибо профессионал отличается от любителя еще и тем, что играет не до забитого им красивого гола и не до своего "психологического кризиса", а до шестидесятой секунды последней минуты матча. К слову заметить, означенная шестидесятая секунда наступила для Мангуста как раз в порту, где ему довелось еще раз продемонстрировать свой высокий профессионализм. Вряд ли он и сам сумел бы сформулировать, что именно не понравилось ему в поведении экипажа "Трепанга", но только он полуобернулся – якобы с каким-то вопросом – к шкиперу, ступившему на сходни следом за ним, ребром ладони перерубил тому гортань и спрыгнул в жирно-ржавую, подернутую мертвыми радужными разводами воду между пирсом и корабельным бортом. Это-то и дало ему пару секунд форы – как раз чтоб извлечь из-за обшлага и закинуть в рот маленькую зеленоватую пилюлю, так что в руки оперативников Джакузи попал лишь еще один (четвертый по счету за нынешние сутки) неопознанный труп: спецкоманда из "Феанора" сыграла с умбарской секретной службой вничью – по нулям.
...А Тангорн умер на руках окаменевшей от горя Элвис так и не узнав самого главного: именно его гибель от руки людей из тайной стражи станет последним доводом, разрешившим колебания Эландара, и в тот же день Тангорнов пакет не ведомыми никому из людей путями отправится на север, в Лориен. Не узнал он и того, что Элвис разобрала его предсмертный захлебывающийся шепот как законченную фразу: "Фарамиру передай – сделано!" – и выполнит все как должно... А Некто неустанно ткущий из неприметных глазу случайностей и вполне очевидных человеческих слабостей роскошный гобелен, который мы и называем Историей, тотчас же выкинул из памяти этот эпизод: гамбит – он и есть гамбит, отдали фигуру – получили игру, и дело с концом...
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
ВЫКУП ЗА ТЕНЬ
Снова и снова все то же
твердит он до поздней тьмы:
"Не заключайте мировой с Медведем,