«Неужели это правда? – подумал Михаил и нахмурился. – Неужели всеобщая искусственная деградация коснулась даже Инженеров? А я еще сомневался, вступать мне в Сопротивление или нет, корил себя за то, что нарушил клятву. Ничего, рано или поздно мир узнает о ваших преступлениях».
Михаил смело посмотрел в глаза своему противнику и произнес, четко выговаривая каждое слово:
– Вы все равно проиграли эту войну. Я рассказал всей эскадре о коварном плане и геноциде, который Мировое Правительство собиралось устроить жителям Бельграно. Теперь у вас нет выбора: либо вы уничтожите Бельграно и вызовете возмущение всей Галактики, либо откажетесь от этой чудовищной затеи.
– Мы предвидели и это. Людей, которых ты отправил на Землю, больше не существует, – хладнокровно ответил консул. – Их Временные корабли были принудительно перемещены на секретную военную базу. Твои подчиненные подверглись очистке памяти и последующей аннигиляции.
Холодный пот прошиб Михаила. Еще несколько минут назад он объявил эвакуацию. Он хотел спасти всех. И не смог… Перед ним вдруг возникло лицо Ивана. Его сын тоже подвергся аннигиляции?! Михаил не верил своим ушам.
– Вы уничтожили всю эскадру? – его голос дрогнул. Впервые за время разговора.
Главный консул расхохотался, видя какое впечатление произвела эта новость на бывшего адмирала:
– Конечно же нет! Мы отправили сюда биологические копии, а их оригиналы сейчас на Земле, мирно занимаются своими делами и не подозревают, что происходит здесь, на орбите. Но твоя жизнь не входит в наши планы, поэтому для тебя копия не предусмотрена. Когда я возобновлю обратный отсчет, ты, закрытый в командной рубке, будешь направлен на Бельграно. Мы позаботились об этом и установили на флагман автоматическую систему управления. Флагман врежется в планету. Вместе с ним Инфлатон поглотит всю двойную систему Ро Эридана, чтобы и пыли не осталось от этих мятежников. И от тебя тоже!
Последняя надежда Михаила рухнула: теперь, когда всю Земную эскадру ликвидировали, помощи ждать неоткуда. Его план окончательно провалился, а он, еще полчаса назад обладавший неограниченной властью адмирала, сейчас стал для всех заговорщиком, бунтовщиком, таким же, как и жители Бельграно. «Но в чем их вина? – подумал Михаил. – Почему их так ненавидит Мировое Правительство?»
– Что притих? Боишься смерти? Нет, на тебя это не похоже. Наверное, пытаешься сообразить, почему мы считаем их мятежниками?
Михаил кивнул и подумал: «Хорошо они изучили меня. Вероятно, консул – отличный психолог, раз научился читать чужие мысли».
– Они же мирные люди. В чем они провинились перед вами?
– Это они-то мирные? – консул вскинул брови. – Ты, наверное, не знаешь, но несколько дней назад десять Временных кораблей, которые мы отправили с Земли, были уничтожены лазерными пушками, потому что бельгранцы отказались отдавать свое главное сокровище – съедобное золото. Они его монополизировали и теперь качают деньги со всей Галактики. Богатство затмило разум бельгранцев: они хотят самостоятельности, ведут себя нагло, не платят налогов. Но главная их вина в том, что они перешли на живое рождение детей. Много лет наши медики вели человечество к особой расе покорных людей, а бельгранцы нам мешают.
– Да вы не люди, вы монстры! – Михаил от злости сжал кулаки. Если бы сейчас в его руках был лазерный пистолет, он бы лично застрелил Главного консула, и даже без оружия задушил бы его своими могучими руками. Но в центре комнаты стояла лишь ухмыляющаяся полупрозрачная голограмма.
– Не спеши судить, ты же ничего не знаешь, – вкрадчиво произнес консул. – Вот твой дружок Сэм почти разгадал нас. Он каким-то чудом нашел пергаментную копию древней книги. Ее сделал средневековый монах, и она пролежала всеми забытая на полке в хранилище много лет. После Вирусной войны в архивах был бардак, пергамент не был учтен в электронной картотеке. Но мы исправили свою ошибку, отыскали и уничтожили все копии, включая электронные, которые сделал Сэм.
Михаил оторопел. Он вспомнил, как Сэм рассказывал об этой древней книге. Она действительно была важна для него, раз в первый день знакомства он рассказал о ней совершенно незнакомым людям. Тогда Михаил только посмеялся над Сэмом, посчитал его безумным стариком. Но теперь и Главный консул говорит о ней. Накативший гнев Михаила отошел на второй план. Вновь открытая тема древнего пергамента заинтересовала его:
– И за это вы приговорили его к десяти годам Девона? Не слишком ли суровое наказание?
– Сейчас мы жалеем, что не дали ему пожизненное.