Когда-то давно, еще до Вирусной войны, это место любили посещать туристы, но даже тогда Стаффа был суров и необитаем. Теперь он оказался совсем заброшен, его красотой много лет наслаждались лишь морские волны да крикливые чайки, свившие себе гнезда в негостеприимных скалах.
Но сегодня остров вновь ожил – в полумраке сумерек из лодок выходили торопливые фигуры людей. Длинные серые плащи с капюшонами скрывали лица. Они оставили лодки на причале и быстро пошли по узкой дорожке вдоль высоких скал. Вскоре показался пляж из шестиугольных камней. Огромные отполированные временем булыжники были точно подогнаны друг к другу, будто шутник-великан собирал здесь от скуки каменный пазл и бросил его, так и не закончив.
Густой туман крепче окутал девять силуэтов в длинных плащах. Миновав нерукотворную стрельчатую арку, нависшую над входом в пещеру, они растворились в ней, словно привидения. Дно пещеры скрывало море, при каждом своем вздохе заливая узкий длинный каменный зал. Небольшие волны бились в этом морском ручье, пузырились и негромко рокотали, разговаривая со скалами.
Робот-андроид ждал таинственных гостей внутри. Каждый занял отведенное место на вырубленной в скале ступеньке. Собрание началось.
– Друзья, – бездушный голос робота окатил эхом холодные стены, – мне пришлось собрать вас сегодня по срочному делу: в распоряжение Сопротивления может поступить Временной корабль.
– Зевс, – обратился к андроиду Гермес, – наша борьба ни к чему не ведет, нас только ловят и отправляют в Девон.
– Это тупик, – поддержала его Гера.
– Люди не хотят ничего менять, они деградируют всё больше, – Гермес распалялся на глазах.
– Друзья, – робот поднял руку вверх, останавливая перепалку, – Временной корабль откроет для нас необыкновенные возможности.
– Но и риски тоже повышаются, – вставила Гера.
– Да, – кивнул андроид. – Но работа Сопротивления остановилась, мы действительно в тупике, необходимо разорвать этот порочный круг. Временной корабль – вот что нам нужно!
– Я не согласна! – взгляд Геры скакал по лицам присутствующих, словно ища поддержки. В полумраке пещеры она уловила несколько одобрительных кивков.
– Вижу, мнения разделились, – невозмутимо сказал андроид. – Предлагаю тайное голосование. Напоминаю, голосовать не может лицо, предложившее идею, чтобы соблюсти нечетный характер опроса. Также вы не можете воздержаться или уйти от голосования. На пляже у входа в пещеру лежат камни. Каждый из вас возьмет один и положит в карман моего комбинезона: светлый камень – да, темный – нет. Не волнуйтесь, я не буду подглядывать.
Робот закрыл глаза и перешел в спящий режим. Через несколько минут он включился заново и вытащил из кармана небольшую кучку камней.
– Четыре – за, пять – против, – огласил он результаты. – По регламенту нашей организации один раз в год я могу принять решение несмотря на исход голосования. Мне еще ни разу не приходилось использовать эту возможность. Сегодня этот момент настал! Я забираю Временной корабль в распоряжение Сопротивления!
Робот с силой бросил камни на землю, они ударились о выступ скалы, своим грохотом подтверждая волю Кэтрин. Она обвела внимательным взглядом присутствующих. Но они увидели только застывший взгляд андроида.
Став главой Сопротивления вместо Эрнесто, Кэтрин сохранила правила, введенные ее создателем: ни при каких обстоятельствах члены организации не должны знать ни имени, ни тем более внешности главы. Очные собрания членов Сопротивления десятого (высшего) уровня проводились редко, только по самым важным моментам и несли серьезные риски разоблачения. Поэтому вместо Кэтрин на них всегда присутствовал ее аватар – андроид, которым она управляла из секретного места.
Она посмотрела на пульт управления: андроид уже обследовал лодку на предмет записывающих устройств, маячков слежения и ничего не обнаружил. Кэтрин приказала ему возвращаться и прервала трансляцию.
Огоньки на пульте управления погасли. Кэтрин устало откинулась в кресле, повернулась к сидевшей рядом Миранде:
– Что скажешь?
– Плохо, что меня там не было, а то бы я этой Гере устроила! – Миранда воинственно погрозила кулаком в воздух и добавила. – На словах, естественно.
– Как хорошо, что они про тебя не знают, – Кэтрин разжала ее худенький кулачок, – мой мудрый серый кардинал.
– А если серьезно, – Миранда снова сжала кулаки, – мне не нравится, что сегодня произошло. Это требует серьезного обсуждения.