– Поздравляю, Сэм, – пробурчала недовольная Кэтрин, – ты спустил почти все мои кредитки. Может, объяснишь, в чем дело?
– Сейчас будет перерыв, сама все поймешь. Только, пожалуйста, ничему не удивляйся, просто подыграй мне.
В перерыве лысеющий мужчина прямиком направился к Сэму. При ходьбе он переваливался, точно утка, забавно передвигая грузные ноги.
– Дэвид! Какая встреча! – Сэм по-приятельски раскинул руки для объятий. – Пополняешь свою коллекцию антикварного серебра?
На Кэтрин знакомый Сэма произвел двоякое впечатление: несмотря на кажущееся радушие, было в его облике, во всей манере держаться что-то неискреннее, даже фальшивое. Он нацепил на себя скупую натянутую улыбку и нехотя ответил на объятия Сэма.
– Коэн, а ты зачем здесь? – Дэвид вопросительно взглянул на него.
Маленькие глазки выглянули из-за полных щек, которые, как и его крупный нос, были сплошь усеяны красными капиллярами. Они особенно выделялись, когда он смеялся, при этом его щеки выглядели так, будто в них спрятались мячики: они перекатывались или тряслись в зависимости от эмоций – улыбки или безудержного смеха.
– Да вот… – Сэм картинно замолчал, изобразив смущение. А Дэвид оценивающе уставился на Кэтрин, словно она была лошадью на предпродажной подготовке.
– Сэм, ты же всегда говорил, что женский пол тебя не интересует.
– Ты все не так понял, – Сэм усердно делал вид человека, которого застукали за каким-то неприличным занятием.
– Да ладно, все мы люди, – красноречиво вздохнул Дэвид, – подумаешь, покупал подарок для своей спутницы.
Дэвид, такой зажатый, холодный в начале разговора, почувствовал себя расслабленно и непринужденно, увидев аскета Сэма с дамой, ведь тот всегда был убежденным холостяком. Выходит, что и Сэм не устоял перед человеческими слабостями.
– А она ничего! – шепнул он и резко толкнул его локтем.
– Нам пора, – Сэм легонько приобнял Кэтрин за талию.
– Понимаю, – Дэвид подмигнул Кэтрин, – то, что нужно вы уже купили.
Сэм смущенно улыбнулся и сделал шаг к выходу, увлекая за собой Кэтрин.
– Сэм, да кто это такой? Зачем ты устроил перед ним целое шоу? – спросила разъяренная Кэтрин, когда они вышли на улицу.
– Дэвид – ученый-историк, мой давний конкурент.
Мы друг друга не перевариваем.
– Это заметно, сначала он был готов тебя растерзать глазами, а потом вдруг стал подкалывать. Неприятный тип. Но зачем весь этот цирк? Мы ведь не сделали ничего плохого, просто покупали серебряные украшения!
– Видишь ли, Кэтрин, у древних была поговорка: «Слово – серебро, молчание – золото». Промолчать я, к сожалению, не мог, потому что было бы еще хуже.
– Для кого хуже?
– Для нас всех! Потому что Дэвид – родной дядя Энтони, а я сказал студентам, что еду на научный симпозиум. Извини, Кэтрин, но у меня не было выбора. Быть застигнутым во время покупки дорогого украшения своей возлюбленной представилось мне самым разумным объяснением для ученого, который собрался прогулять симпозиум.
– Ну ты и артист! Но всё же, можно было выбрать не такое щекотливое объяснение?
– Кэтрин, ты не все знаешь, Дэвид давно не занимается историей, а управляет ею. Он крупная шишка в Департаменте Науки. Благодаря его «работе» издаются учебники истории для всех, включая курсантов Колледжа Инженеров, и он решает, что там будет написано.
– А Михаил нам еще рассказывает, что Временные корабли меняют историю. Видимо такие, как Дэвид делают это.
– Именно! Дэвид для нас опасен еще тем, что он крупный чиновник и не последнее лицо в Мировом Правительстве. Это же надо было так вляпаться!
– Тогда ты выбрал правильную тактику. Думаю, Дэвид ничего не заподозрил. Он на меня так пялился, что я готова была сквозь землю провалиться.
– Ну, ты умная, симпатичная, яркая. Одни твои волосы чего стоят!
– Сэм, Дэвида здесь уже нет, и скоро моих рыжих волос тоже не будет. Пора ехать, мне еще нужно достать черную краску.
– Ребята, – они обернулись. К ним, переваливаясь, шел Дэвид, – перерыв уже заканчивается, вы точно не остаетесь?
– Нет, мы сейчас улетаем, – ответил Сэм.
– Сэм, как ты знаешь, послезавтра у меня день рождения. Ты приглашен уже давно, но я тут подумал… а приходи-ка ты со своей спутницей. Милая, как вас зовут?
– Кэтрин.
– Кэтрин, – слащаво повторил Дэвид, – Екатерина. Какое красивое царственное имя. Екатерина Арагонская, Екатерина Медичи, Екатерина Великая! Да вам повезло! Кэтрин, вы тоже любите верховодить?
Сэм пропустил эту неделикатную реплику мимо ушей: