– Ивон, дорогая моя, но что ты делаешь здесь? Уж я была уверена, что Польгар ты не покинешь, не в этой жизни.
– Ох, Магда, это долгая история, – отмахнулась жрица, не собираясь рассказывать о том, как ее спровадили в Лозницу.
– Ничего, у нас полно времени! – не потеряла энтузиазма женщина. – Ты же ведь не откажешься спеть на празднике, правда, дорогая? Я помню, у тебя такой чудесный голос.
Отказаться от такого щедрого предложения Ивон попросту не могла. Петь на Уходе Ниневии большая честь, и в ордене она частенько доставалась девушке, но не с тех пор, как та перестала быть послушницей и начала демонстрировать свои честолюбивые и амбициозные желания.
– Можешь себе представить, все трое городских лекарей отправились на восток, куда-то в центральные графства, говорят, там хворь неведомая, а к графу орден приставил, о хладное лоно Мары, Житека!
Теперь многое становилось понятно. По традиции, роль Ниневии в празднике исполнял благословенный лекарь, но по стечению обстоятельств в городе остался только Житек, один из двух лекарей-мужчин, обученных орденом. Богиня намного чаще одаривала своим благословением женщин, и если среди жрецов еще нет-нет, да попадались мужчины, тот же Радогаст, то среди лекарей они были настоящей редкостью.
– Спасибо, Магда, это много значит для меня, – сказала девушка. – Я с радостью исполню Песнь Ниневии, но в город я прибыла не одна. Думаю, Мальфри также не откажется принять участие в празднике. Пойдем, я вас познакомлю.
Ивон не ошиблась, скальд был счастлив предложению, так что в городе они задержались до самого праздника. Когда они оказались за рекой, и Вигдис пришла в себя настолько, чтобы смотреть по сторонам, она очень удивилась богатству города.
– Я думать, Слата дыра. У самого Великого леса, кто захотеть здесь жить?
– Слата один из богатейших городов графств, – гордо, будто она здесь родилась, пояснила Магда. – У нас под боком практически нескончаемый запас древесины, которую мы поставляем по реке в другие графства. К слову, мы граничим с пятью из десяти, что тоже способствует торговле. Кроме дерева мы также производим различную посуду и другие изделия из глины, на западе, там, где лес отступил под топорами дровосеков, теперь растут дивные сады – последний урожай груш привезли вчера – и находятся несколько обширных пасек.
Неизвестно что из этой импровизированной лекции уловила воительница, но кивала она так, будто сильно прониклась речью жрицы. Вскоре они пришли к большому и богатому дому недалеко от ратуши, в котором жила Магда. Как успела узнать Ивон, жрица занимала ни много ни мало, а пост помощника главы города. Именно она отвечала за то, чтобы в городе было продовольствие, а фермы вокруг продолжали приносить урожай и налоги, а не просьбы и прошения. Пожалуй, по своему положению Магда была даже выше главной жрицы местного храма Ниневии.
За неделю, что островитяне провели в Слате, скальд успел разузнать, где именно находится хранилище знаний, и был очень сильно удивлен, когда ему сказали, что это известное место – там стоит Храм Всех Богов. При этом ни слова не было сказано о древних развалинах, и Мальфри заключил, что само хранилище обнаружено не было. В любом случае посетить это место стоило, и выдвинуться они решили на следующий же день после праздника.
Янар и поредевший отряд степняков прибыл в Слату ранним утром, на первом пароме. На самом деле, они были здесь еще вчерашним вечером, но опоздали к последнему отправлению, так что пришлось ждать утра. Каару не хотела задерживаться в городе, но им было необходимо пополнить припасы, запастись продовольствием да и просто разузнать путь. К тому же Янар сообщил, что сегодня большой праздник, который в графствах называли днем Ухода Ниневии, и Каару со спутниками было любопытно посмотреть: в степи такого торжества не было. Строго-настрого приказав Мэргену молчать и ни во что не ввязываться, Каару с немалой опаской поднялась на паром. Лошади нервничали, но ее спутники смогли с ними справиться – на то они и степняки, в конце концов.