И троица диверсантов устремилась в караулку.
Битва была короткой – резавшиеся в кости стражники совершенно не ожидали атаки изнутри. Лишь один из них успел среагировать, вскочив на ноги и опрокинув стул, но он упал спустя два коротких удара от Хагана.
– Ты, – Октай указал окровавленным мечом на сына вождя. – Проверь помещение справа, я возьму левое. Мэрген, встреть наших и отдай им оружие этих недотеп.
Воины разошлись по зданию караулки. Требовалось все сделать быстро, пока стража наверху отвлечена на громкие атаки других ворот. Как только отвлекающие атаки будут «отбиты», патрульные со стены вернуться сюда и застанут трупы своих сослуживцев. К тому моменту, как это произойдет и придет время захватить стену, все в основном отряде должны получить оружие.
Каару подошла к зданию караулки в последний момент, когда уже все было кончено. Последнего стражника прямо на ее глазах мастерским ударом зарубил Оуюн, а Мэрген с бесшабашной усмешкой и издевательским поклоном преподнес ей два коротких меча. Девушка в очередной раз подумала, что его обхождение с младшей жрицей слишком вольное, и пора бы уже осадить лучника, но он все же был ее другом и другом ее брата, ему было позволительно больше, чем кому-либо другому. Так что Каару просто нахмурила брови и укоризненно глянула на весельчака. Этого оказалось достаточно, чтобы Мэрген вспомнил, с кем он разговаривает, и вел себя более сдержано.
До того момента, как подошли первые отряды орды, им пришлось отбить две атаки. Забаррикадировав дверь караулки, они рассредоточились по стене, не подпуская стражей к восточным воротам. Оуюн погиб в первые же минуты боя, оступившись на крошащейся стене и получив подлый удар по ноге. Октай потерял мизинец на левой руке, что, однако, не помешало ему расправиться со своим противником. Молодой десятник уверял, что эта пустяковая рана не помешает ему стрелять из лука, и уж тем более не помешает отдавать приказы – после смерти Оуюна он стал командиром всех мнимых торговцев.
– Идут! – закричал Хаган, оставленный на стене за дозорного.
Отдыхающие после второй атаке стражников степняки подскочили на ноги и кинулись к стене. В предрассветном сумраке были заметны очертания всадников, стремительно приближающихся к стенам Гомбина.
– Пора, открывайте ворота, – скомандовал Октай, и все выжившие (а это было больше половины отряда), кинулись к громоздкому механизму.
Стражники, то ли увидевшие приближение всадников, то ли заметившие волнение среди захвативших восточную стену ринулись в третью атаку, но было уже поздно. Ворота открылись и передовой отряд орды ворвался в город.
В последовавшей за этим короткой стычке не было выживших со стороны защитников и совсем мало пострадавших со стороны атакующих. Поднятая еще раньше по тревоге стража города не смогла вовремя добраться до ворот и дать отпор. Со стены Каару смотрела, как основные силы орды бесконечным потоком вливаются в обреченный город. Слабые и неорганизованные попытки стражи сдержать натиск всадников выглядели откровенно жалко. В резню в городе «торговцы» не вмешивались – свою задачу они выполнили и теперь лишь ожидали неминуемого.
С рассветом Каан вошел в главный зал местного замка и с улыбкой провозгласил:
– Гомбин наш. Великая война началась.
Глава девятая
Неосознанно коснувшись свежей раны на лице, Вигдис поморщилась от боли и опустила руку. Ей невероятно повезло – она успела отшатнуться в последний момент, и изогнутый меч разбойника лишь слегка оцарапал подбородок, а не отрубил голову. Тем не менее царапина уже начала заживать и нестерпимо чесалась.
Постаравшись отвлечься, Вигдис огляделась вокруг. Справа от нее ехал молодой воин, из тех, что выделил им для охраны наниматель, пожелавший остаться безымянным. Всего он дал в сопровождение супругам семерых людей, но один погиб во время стычки с разбойниками, а второй умер через день от полученных ран. Осталось пятеро воинов, шестеро вместе с Вигдис. И все это для охраны ее мужа, единственного знатока древних языков, который согласился отправиться в авантюрное путешествие.
Авантюрой оно было по нескольким причинам, и самая главная это разбойники. Леса к югу от Илатина просто кишели разбойниками самых разных мастей, а местные власти ничего не могли с этим поделать – у них и самих забот хватало в долгой и бесплодной войне, которую подданные графа вели между собой. Трое баронов не могли поделить землю уже почти полсотни лет, а тем временем путь на юг в обход реки становился все более и более опасным из-за многочисленных разбойников, большинство которых дезертировало из войск этих самых баронов. Караваны редели, банды росли и теперь не боялись нападать даже на такие опасные отряды, как спутники Вигдис. Хотя остается загадкой, что же лихой люд желал у них украсть, поскольку никакого товара они не везли.