Действительно, внутрь здания они пробрались через проломы в стене. Оглядываясь вокруг, Мальфри не обнаружил ничего интересного – пустые комнаты, голые стены, пыль и каменный мусор вокруг. Похоже, если здесь и было что-то ценное, то его вынесли много-много лет, а то и веков назад.
Пройдя по небольшому лабиринту из коридоров (скальд про себя отметил, что качество стен улучшалось с каждым метром вглубь развалин) и довольно глубоко спустившись по крепкой лестнице, они очутились возле второй двери, аналогичной перовой. Теперь Мальфри понял, что тот фокус, что они провернули с первой дверью здесь не пройдет – стены здесь были совершенно целыми и казались незыблемыми. На полу не было даже крошки, хотя возле двери и виднелось несколько царапин, очевидно оставленных инструментами неудавшихся взломщиков.
– Умели же раньше строить, – пробормотал Сурт. – Или это колдовство?
– Может и колдовство, – согласился Мальфри. – Кто знает, какие средства были доступны древним?
Предводитель их отряда достал из сумки небольшую бумажку, и внимательно прочитал ее несколько раз. Затем, сверяясь с написанным, начал нажимать на определенные участки на двери. А затем, к удивлению Мальфри, произнес несколько слов на древнем языке, старательно копируя произношение. Слов из того самого свитка, который он, скальд, попытался украсть в Илатине.
– Музыка ключ ко всему. Музыка открывает двери и души.
Раздался мягкий звук, похожий на звон колокола, что-то щелкнуло и по контуру двери разлилось мягкое зеленое свечение. Спустя несколько мгновений свечение погасло, и все стало таким же, как до их прихода.
– Вот это точно колдовство, – прищурившись, сказала Вигдис, доставая меч.
– И ты думаешь с ним справиться холодным оружием? – с улыбкой уточнил скальд.
Сам он, не отрываясь, следил за дверью, ожидая дальнейших метаморфоз, но больше ничего не происходило. Некоторое время они еще постояли, а затем командир осторожно потянул дверь на себя. С тихим шелестом дверь открылась, давая им доступ в коридор, ничем не отличающийся от тех, что встречались раньше. К сожалению, оба человека, что бывали здесь раньше, погибли во время стычек с разбойниками, так что теперь они шли в неизвестность.
Идти пришлось долго. Возможно, коридоры не были столь уж длинны, но люди шли очень медленно, осторожничая и опасаясь всего, что могло породить их воображение. Вопреки ожиданиям, никаких нападений и других неожиданностей не случалось.
– Смотреть! – воскликнула вдруг Вигдис. – Обои!
И действительно, в одной из комнат, мимо которых они проходили, стены были покрытыми темно-синими тканевыми обоями без следа плесени.
– Удивительно, как они смогли так сохраниться, – прошептал Мальфри. – Столько лет прошло, уже все должно было давным-давно сгнить! Неужели Идрису сюда нет пути?
– Раз время не властно здесь, то за второй дверью точно все сохранилось, – заметил Сурт.
Переглянувшись, они поспешили дальше по коридору, теперь почти не осматриваясь по сторонам и не заходя в однообразные и пустые комнаты. Хотя не все из них были пусты – иногда их взглядам открывались низкие кровати и шкафы. В такие комнаты исследователи заглядывали, надеясь найти что-нибудь интересное.
Наконец путь привел их к еще одной двери. Она была из цельного куска металла, а посредине какой-то умелец нарисовал человеческое лицо, только вместо носа был свиной пяточек.
– Пароль, – проскрежетало лицо, дергая пяточком.
В едином порыве все отхлынули назад, в священном трепете взирая на говорящую дверь.
– И как я должен помочь это открыть? – спросил скальд, опасливо подходя ближе.
Лицо на двери, скосив глаза на мужчину, снова потребовало какой-то «пароль».
Ни говоря ни слова, командир указал рукой на неприметную дверцу справа. Осторожно приблизившись, Мальфри повернул ручку и вошел внутрь, да так и застыл с открытым ртом.
Вся комната была усеяна бумагами. Это были вырванные страницы из книг, какие-то тетради и пустые корешки. Они валялись на полу, на столе, на полках стеллажа, вся комната была усеяна древними записями.
– Невероятно, – прошептал скальд.
Вигдис подумала, что он сейчас расплачется. Его голос дрожал, глаза горели сумасшедшим блеском, руки тряслись. Ее муж грезил древними знаниями, он знал едва ли не все существующие и когда-либо существовавшие языки, он помнил все известные старые песни и сказания, его сознание постоянно витало там, в далеком прошлом, и вот теперь он оказался в колдовских руинах, где знания просто так валялись на полу, бери – не хочу.
Мальфри смог удержать себя в руках. Он прошел вперед, поднял несколько бумаг с пола. Проглядел их, а потом повернулся к оставшимся в коридоре воинам.