Дайдра открыла рот, чтобы что — то сказать, но не смогла произнести ни звука. Она откашлялась.
— Доктор Бран…
— Идите и навестите вашего отца, — посоветовал он. — Идите и поговорите с ним. Возможно, он слышит вас, Дайдра. Ваш голос может много для него значить. Даже если он не понимает слов… — Доктор вернулся к своему столу. — Мы следим за ним очень тщательно. И надеемся на лучшее, — сказал он Дайдре, которая нетвердо держалась на ногах. И добавил: — Будьте храброй.
Быть храброй… Она глубоко вздохнула и вошла в палату отца. Придвинула стул к его кровати. Посмотрела на гладкие, несмятые простыни и подумала, что они такие гладкие и несмятые потому, что он не двигается.
Дайдра взяла его мягкую, безжизненную руку и начала с ним говорить, сдерживая рыдания и стоны. Начала говорить, вспоминать.
Она вспоминала историю с растениями на террасе и рассказала ее отцу, так близко наклонившись к нему, что уловила запах мыла на его коже, которым его мыли.
Потом она принялась рассказывать другие истории. Говорила тихо, чуть ли не шепотом. И постоянно сжимала его руку, руку ребенка…
Пока Дайдра говорила, она заметила тень, движущуюся за окном, и услышала низкий рев с улицы. Этот рев то усиливался, то стихал в том же ритме, в каком двигалась тень.
Она подошла к окну. Палата ее отца находилась на первом этаже. И за автомобильной парковкой увидела два огромных бульдозера. Их ковши поднимались в унисон, словно хоботы двух слонов. Дайдра видела, что их за — гружали огромным количеством камней. «Вероятно, расширяют автомобильную стоянку», — решила она.
— Папа, этот шум тебя не беспокоит? — печально спросила Дайдра отца и вновь опустилась на стул возле его постели.
В трубках по-прежнему булькало. Монитор на стене отмечал стабильный ритм сердечных сокращений.
Дайдра откинулась на жесткую спинку стула.
— Я рада, что ты не слышишь некоторые вещи, — сказала она отцу, стараясь говорить спокойным тихим голосом. — Я рада, что ты не можешь узнать о несчастном случае, который произошел в парке прошлым вечером.
Вдруг она испугалась, потому что ей показалось, будто веки отца дрогнули. Неужели? Дайдра вглядывалась в его лицо. Нет, оно было неподвижно.
— Рада, что ты не знаешь еще об одном невинном человеке, который погиб в Парке Страха, — продолжала она, не в силах скрыть свои чувства. — Я не донимаю, пап. Правда, не понимаю. Люди говорят, что земля там проклята. Может, так оно и есть? Но я думаю… — Она остановилась, потому что услышала позади себя какой — то неясный звук за дверью.
Дайдра быстро обернулась к вошедшему в комнату человеку.
— Что ты здесь делаешь? — воскликнула она.
Глава 15
Робин попытался скрыть свое удивление, сохранить спокойствие и не выдать себя. Но воскликнул испуганно:
— Дайдра! Я не ожидал…
Он действительно не ожидал встретить ее.
Робин рассчитывал, что Дайдра находится в полицейском участке и отвечает на вопросы о трагическом случае, который произошел прошлым вечером.
Присутствие Дайдры в палате отца совершенно не входило в его планы. А план был простой: закончить то, что он начал у Колеса Обозрения. Робин пришел в госпиталь убить мистера Брэдли.
«Он так слаб, что это не займет много времени, — рассуждал Робин. — Я сожму трубку от аппарата искусственного дыхания или задушу его с помощью подушки, — решил он. — А когда отец помрет, Дайд — ре не останется никакой надежды. Тогда ей придется сдаться и закрыть Парк Страха».
Но она оказалась в палате, встала на его пути и помешала осуществлению его плана.
Холодно глядя на него, Дайдра повторила:
— Робин? Что ты здесь делаешь?
— Я… э… пришел узнать, как дела у твоего отца, — ответил он и подошел ближе, пристально глядя на мистера Брэдли. — Я много думал о нем, — продолжал он тихо. — Думал про тот ужасный день на Колесе Обозрения. О том, как я мог бы его спасти. Но… — Робин заставил свой голос дрогнуть.
— Ты не должен упрекать себя, — ответила Дайдра, продолжая смотреть на отца. — Ты не можешь упрекать себя за несчастный случай, Робин.
Почему она смотрит так холодно? Почему не говорит с прежним чувством, с прежней теплотой, как раньше?
Робин знал ответ на вопрос. Гарри — это Гарри.
За окном раздался рев и скрежет строительной техники. Потом послышался грохот, с которым камни посыпались из огромных челюстей экскаваторов.
— Он что… не приходил в себя? — тихо спросил Робин, не обращая внимания на холодность Дайдры. Она покачала головой и прикусила нижнюю губу.