Закончилось всё так же быстро, как и началось. Я овладел собой в одно мгновение, боль тут же прекратилась, от бессилия я обвалился на пол.
Затем я попытался посмотреть, что с моим плечом. Наступил тот единственный момент, когда в кромешной тьме я что-то обнаружил.
На моём плече едва поблёскивал белым светом знак расколотой луны.
― Теперь ты кандидат в члены ордена расколотой луны. ― спокойно проговорил старый голос.
― К-кандидат? ― запинаясь спросил я, не понимая, что происходит.
― Именно. Орден расколотой луны ― это не детский лагерь. Так просто сюда не войти, даже по приглашению. Вам, Павел Андреевич, необходимо будет доказать свою приверженность ордену, ― меня не покидало чувство, что он улыбался, ― Но когда мы убедимся в ваших намерениях, то род Евграфовых воспрянет.
Он сделал паузу.
― Когда-то Илларион Евграфов поднял весь род с колен. Уверен, Ваше Сиятельство тоже в этом преуспеет. Но всему своё время.
― Мой дед… ― сказал я отрывисто, ― Илларион. Он был…
Я хотел задать массу вопросов, которые будоражили мой разум. Но я не мог никак собраться с мыслями. В голове творился хаос.
― Мы вновь встретимся, когда вы, Павел Андреевич, исполните волю расколотой луны.
― Но как? ― вопрошал я.
Однако, вокруг уже никого и ничего не было. Тьма растворилась, я вновь стоял в пролёте на шестом этаже.
По порядку шли: деревянная дверь, кожаная дверь, деревянная с медными вставками и…
Всё?
Четвёртой двери не было. Свечей тоже. Под потолком шатался рыжий фонарь.
Я был полностью одет. Будто с меня не снимали ни сюртук, ни сорочку. Я резко расстегнул всё, оголил плечо и посмотрел на него.
Метка осталась. Правда, она не светилась. Лишь едва заметным шрамом красовалась на плече. Расколотая напополам луна.
Значит, всё, что произошло, было реально.
Фонарь продолжал шататься по причине мне неизвестной. Шатание сопровождалось скрипом. Скрип меня раздражал. Я гневно посмотрел на этот чёртов фонарь и произошло странное.
Он перестал шататься. Остановился.
Будто подчинился моему приказу.
Тут в голове у меня начала выстраиваться цепочка событий. Если верить старому голосу, на моё двадцатипятилетие у меня начали проявляться родовые способности.
Весь день я наблюдал их проявление, но каждый раз это было хаотичное проявление.
Если я злился, что-то обязательно ломалось. Когда я в первый раз разозлился, упала картина. Оборвалась проволока. Неужели это сделал я?
Потом взорвалась папироса прямо во рту. Это видел и Константин, он сможет подтвердить. Я же не сошёл с ума в конце концов!
Треснувшее зеркало! Когда я уходил и разозлился из-за возгласов Софьи.
Совпадения?
Я посмотрел снова на фонарь и приказал ему начать раскачиваться из стороны в сторону.
Но ничего не произошло.
Ну, разумеется. Что могло произойти? Ты идиот, Евграфов? Тебе только что устроили дешёвый спектакль!
Пока ты здесь ошивался, небось ограбили или захватили мануфактуру.
Да что я несу! Какой ещё захват мануфактуры, если она убыточна? Проще уже купить у меня её задарма, чем устраивать такое рискованное мероприятие.
Я спокойно спустился вниз, там меня послушно ждал Гена. Как только он увидел меня, тут же встрепенулся и подбежал.
― Павел Андреич, ну слава богу вы целы, я уж распереживался!
― Что случилось, Ген? ― спросил я отстранённо.
Он нагнулся вперёд и начал говорить в полголоса.
― Павел Андреич, только не поворачивайтесь. Мне кажется, что за нами следят.
Он кивком головы показал, где именно находятся следящие. У меня за спиной.
― Кто? ― спросил я шёпотом.
― Двое в зелёном Доубл модель «Е». ― он отстранился. ― Мы смогли их запутать, когда вы приказали разворачиваться и ехать в противоположную сторону от вокзала. Но потом снова нашли. Подозрительно.
― Обсудим в мобиле. ― сказал я коротко.
Он кивнул и мы сели. Я тут же обернулся, чтобы посмотреть на этот Доубл.
Действительно метрах в тридцати он стоял на повороте. Красавец. Спортивная модель. Нам на нашем Дуксе было бы сложновато уйти от полуспортивного Доубла.
Поэтому хорошо, что они лишь «незаметно» следили, а не шли в наступление.
― Шикарный у них мобиль. ― улыбнулся Гена. ― Вот бы и нам такой заиметь, правда, Павел Андреич?
― Без заднего дивана неудобно. ― сухо ответил я.
― А есть и четырёхдверная модель!
― Давай поглядим, что они будут делать. ― скомандовал я. ― Поехали отсюда. Мне ещё с бумагами сегодня сидеть весь вечер.