С другой стороны, а как же обслуга? Рабочие, что выносили мусор? Переносили заготовки из одного корпуса в другой?
Наконец я зашёл в третий корпус, но ответов на свои вопросы так и не получил. Наоборот, всё стало ещё загадочнее. Слева от меня был огромный производственный цех и всё в этом цеху работало… Само!
Рабочие отсутствовали! Никого не было.
Я прошёл ещё дальше вглубь. Это действительно оружейный завод. Конкретно в этом цеху создавались деревянные приклады. Станки обрабатывали всё самостоятельно.
Один из них меня заинтересовал, и я приблизился почти вплотную. Весь станок заливался едва заметными искрами. Иногда они были ярче, иногда тусклее. Все рабочие элементы станка двигались сами. Будто ими управляла невидимая рука.
Деревянный приклад прямо у меня на глазах был обработан полностью. После станок сам положил его на ленту, и он поехал к другому станку.
Я уже было хотел прикоснуться, но внезапно меня прервал голос справа.
― Не прикасайтесь, Ваше Сиятельство! Это может быть опасно.
Я повернулся, чтобы увидеть человека, что мне это сказал. В мою сторону направлялся высокий мужчина с тёмными волосами и аккуратно выбритыми треугольными усиками. Он держал осанку, был статен, улыбчив и приятен внешне.
Когда он подошёл, я протянул ему руку в знак приветствия. Его это явно порадовало, он поклонился и пожал мне руку в ответ.
― Павел Андреевич, рад приветствовать. А я уж думал, что вы нас не навестите. Мы прям заждались.
― Заждались? ― недоумённо переспросил я.
― Ну конечно, ― он полез во внутренний карман и достал письмо в чёрном конверте, ― Это вам, Павел Андреевич. От вашего отца.
― От моего отца? ― продолжал я лепетать, словно лишился рассудка.
― Конечно от вашего отца, а от кого же ещё? Ну же, Павел Андреевич, прочтите. У меня распоряжение от Андрея Илларионовича проконтролировать, что вы получили его послание.
Я нахмурился и распечатал чёрный конверт.
'Павел, если ты читаешь это письмо, значит меня нет в живых.
Мы с Илларионом Павловичем ― твоим дедом, успели сделать всё, чтобы защитить важнейшую фабрику Евграфовых от грязных лап Беклемишева.
Пришлось пожертвовать хлебозаводом.
К сожалению, я не мог тебе сообщить о её существовании ранее. Ты бы просто не смог её найти до тех пор, пока сила рода в тебе не пробудилась.
Кстати, как тебе твои новые силы? Я бы мечтал увидеть собственными глазами, как ты становишься магом.
Но вернёмся к важному.
Беклемишев не просто так скупает все мануфактуры по дешёвке. Его цель ― завладеть большей частью производства в Империи. А уже после этого…'
После троеточия не последовало объяснения, что дальше намерен делать Беклемишев. Но из контекста было понятно, что его конечная цель ― захват власти.
' Именно наша оружейная фабрика стала его ахиллесовой пятой. Без неё у него нет совершенно никаких шансов. Поэтому ни за что в жизни не заключай с ним никаких договоров.
Павел, будь аккуратнее. Беклемишев попытается втереться к тебе в доверие. Он очень коварный человек. Не верь ни единому его слову. Его интересуют только деньги и власть.
Обнимаю и верю в тебя, сын.
Андрей Илларионович Евграфов'.
Несмотря на то, что к отцу я относился со строгостью, письмо вызвало во мне самые тёплые чувства. Если бы я был более эмоциональным, обязательно пустил бы скупую мужскую слезу.
― Что ж, Павел Андреевич, позвольте провести вам небольшую экскурсию по вашим владениям? ― улыбчиво спросил встречающий.
― Подождите, ― внезапно нахмурился я, ― Как вас величать?
Он приподнял брови, округлил глаза и ударил сам себя по лбу.
― Ох, Павел Андреевич, прощения просим, какой же я дурак! Забыл представиться. Я управляющий оружейной фабрикой Евграфовых ― Никита Сергеевич Гриненко.
Он снова поклонился.
― Прошу простить и не гневаться, Ваше Сиятельство, ― продолжал он, ― Пойдёмте?
Я кивнул и мы пошли осматривать фабрику. Он комментировал всё происходящее.
― Как вы уже могли заметить фабрика полностью автономная. Для её работы не требуются люди. Точнее, они требуются, но в минимальном количестве. Нас тут всего сто человек. Из них девяносто пять ― это фабрично-заводская полиция. Сами понимаете, Ваше Сиятельство, лишняя осторожность не повредит.
Я кивнул.
― Производим мы многозарядные винтовки с нарезными стволами, а также у нас есть небольшой цех, где создаются револьверы. Показывать его вам не буду, иначе мы тут целые сутки проторчим.