Слеза пробежала по щеке и упала на её грудь. Она повернулась ко мне и начала буравить пронзительным взглядом.
― Дуэль с Бессером, ― она снова отвернулась, ― Как вы видели, даже формального повода не нужно. Достаточно устроить публичную перепалку, и вы уже влипли.
Я вздохнул.
― Послушайте, Диана…
Но она не давала мне договорить.
― Зная это, Бессер всё равно ухаживает за мной, понимаете? ― в её глазах мелькнула искра гнева. ― Он считает, что я должна подчиниться. Они думают, что сломали род Орловых. Подмяли под себя. А я просто красивый сувенир, который можно поставить на полку.
От этих слов мне стало не по себе. Трудно понять молодую даму, которая осталась без мужской опоры в этом мире. Несмотря на это, она держалась мужественнее многих мужчин.
Уж в чём Беклемишев был прав, так это в том, что мы живём в обществе зверей и шакалов.
Я промолчал. Вероятно, нужно было что-то сказать, поддержать разговор. Но я был бесконечно далёк от жизнеутверждающих речей.
Всё, что приходило мне в голову ― это банальное: «Ох, ну и что тут теперь попишешь?». Не мог же я такое ляпнуть сейчас.
Мимо пронеслась ночная птица, луна полностью обнажилась. В её свете Диана выглядела словно ночная муза, пришедшая спасти мою душу от вечных мук.
Тишина была нарушена через минуту или две, когда графиня докурила папиросу и взяла новую.
― А ведь мы с вами знакомы гораздо дольше, чем вы думаете, ― с досадой сказала Диана, ― Просто вы купаетесь в женском внимании. Никого не запоминаете.
Я приподнял брови.
― Простите, что?
― Вы сказали, что знаете меня лишь неполные сутки. А на самом деле мы знакомы гораздо дольше, молодой граф. Вы меня видели ещё три года назад, когда вернулись со службы. Званый ужин у Лялиных. Не припоминаете?
Я кивнул.
― Припоминаю, конечно, я тогда заручился поддержкой Михаила Романовича. Дела шли скверно у Евграфовых. Но не так скверно, как сейчас.
― Я была в тёмно-зелёном платье. Вы мне комплимент сделали.
У меня глаза из орбит выкатились.
― Не шутите так надо мной! То была девочка лет четырнадцати с очаровательной улыбкой… ― я не договорил, понимая, что это действительно была она. ― Нет, быть того не может.
― Не четырнадцати лет, граф. Пятнадцати.
― Пятнадцати… ― пролепетал я и сел рядом с ней на лавочке. ― Пятнадцати…
― Вы ещё тогда гадали по руке, ― она улыбнулась и ещё одна слеза скатилась по щеке, ― Кто вас только этому научил? Мужчина, что по руке гадает ― нонсенс.
― Я просто хотел вас развеселить, ― произнёс я, всё ещё не оправившись от шока, ― Вы были мрачнее тучи. Ничто вас не радовало. Вот я и…
― У вас получилось.
Она придвинулась поближе и положила голову мне на плечо.
― А помните, что вы нагадали?
― Увы, нет.
― Вы мне жениха пообещали. Сказали, что лучший мужчина в моей жизни появится через три года. Главное ― это продолжать носить красивые платья и улыбаться, во что бы то ни стало.
Она окончательно растопила моё сердце. Я приобнял её за плечо и почувствовал, как Диана успокаивается. Если до этого между нами было напряжение, то теперь мы оба застыли во времени, глядя на звёзды.
Через минуту она встрепенулась, будто её током ударило.
― Впрочем, у нас не вечер воспоминаний, граф. Нам нужно, чтобы вы победили в дуэли. Иначе, мы с вами не доберёмся до Беклемишева.
― Я был с ним в одной комнате, он пытался…
― Беклемишев ― сильнейший гипнотик, ― уверенно произнесла она, ― он способен управлять людьми, подавлять их волю. Не представляю, как вы вышли оттуда не выдав никаких тайн и секретов.
― Откуда вы знаете, что я не выдал тайн?
― Вы всё время забываете, что я телепат, Павел Андреевич.
Я ударил себя по лбу. Мы поднялись, и я взглянул на часы. Половина второго ночи. До дуэли оставалось два с половиной часа.
― Граф, расскажите, как вы будете действовать? ― приказным тоном спросила она.
― Что? Действовать? Да по обстоятельствам.
― Вы серьёзно?
― А что такого?
― Нет, так вы точно погибнете. Вы вообще знаете по каким правилам состоится дуэль?
― Да, дуэль с барьером, ― улыбнувшись, я закурил папиросу, ― Диана, на войне я встречался с вещами и похуже, чем дуэль с барьером.
― Это не имеет никакого значения! ― воскликнула она. ― Скажите, вы метко стреляете?
Я рассмеялся.
― Диана, я служил в стрелковом полку, как вы думаете, я метко стреляю?
― На войне важна не меткость, и количество ружей, ― парировала она, ― Так ответьте на мой вопрос, пожалуйста.
А она не промах. Знает слишком много для особы её лет и положения.