― Есть, Ваше Сиятельство, едем в Тверь.
Диана повернулась ко мне, её глаза сверкали гневом.
― Вы совершенно бесцеремонны! ― возразила она. ― В Тверь? Вы хоть бы поинтересовались, есть у меня какие планы на сегодняшний день, прежде, чем тащить в Тверь.
― У вас есть какие-то планы на сегодняшний день, Диана? А то я намерен утащить вас под Тверь.
Она открыла рот от изумления, скрестила руки на груди, но не нашлась ничего ответить.
Через секунд пять она откинулась на спинке заднего сиденья, посмотрела в окно и произнесла.
― Вам чертовски повезло, что у меня нет абсолютно никаких планов.
Я улыбнулся.
До Твери мы добирались весело. Шумные беседы, обсуждения, я узнавал Диану всё ближе и ближе. Оказывается, мы пересекались довольно часто, но я её в упор не замечал.
Возможно, именно поэтому она так ярко на меня реагировала всё это время. Но теперь уже было абсолютно неважно.
У себя в голове я не ставил их с Лесьяной наравне. Романова для меня стала каким-то странным фантомом, который трудно объяснить. Диана же была всегда рядом и всегда помогала.
От этого на душе становилось теплее.
Уже под Тверью мы пустились в активное обсуждение живописи. Она страсть, как любила импрессионизм Серова, Коровина и многих других. Я же больше тяготел к классицизму.
― Почему у вас в имении ни одной картины? ― спросила Орлова. ― Судя по всему вы огромный ценитель, разбираетесь не только в техниках создания картин, но и в эпохах, мастерах, тематиках.
― Любил я это дело в юношестве, не спорю, ― ответил я, ― Но вы кажется забыли о моём положении. В последние годы я только и делал, что распродавал имущество. В первую очередь картины. Последняя, что висела у меня в приёмной ― упала, когда мой дар начал раскрываться.
― Что это была за картина?
― Всего лишь копия моего любимого сюжета. Называется он «Христос и Грешница», знаете такой?
― Ну конечно, когда к нему приводят грешницу и говорят, что он должен решить её судьбу. На что тот ответил: Кто без греха, пусть первый кинет в меня камень.
― Именно, ― подтвердил я, ― Так вот, самый талантливый живописец, который подарил нам одну из лучших интерпретаций данного сюжета ― это Василий Дмитриевич Поленов. Копия его работы и висела на стене. В уменьшенном виде, разумеется. Оригинал настолько огромен, что его попросту не затащить в приёмную.
Она кивнула и задумалась. А мы тем временем оказались на месте. Как и в прошлый раз я попросил Гену подождать, он повиновался.
Фабрику всё так же не было видно в чистом поле. Единственное отличие от прошлого раза заключалось в том, что собирался сильный ветер и вскоре должен был обрушиться ливень.
― Павел Андреевич, вы уверены, что хождение по чистому полю это хорошая идея? Здесь полно насекомых, клещей! Я не хочу потом вычищать всё это из-под платья.
― Не переживайте, Ваше Сиятельство, ― ответил я, ― оно того определённо стоит.
Однако, мы шли, но фабрика всё не появлялась. Поначалу, я думал, что просто забыл, как долго шёл в прошлый раз. Но с каждым шагом понимал, что тогда я добрался до нужного места гораздо быстрее.
― Павел Андреевич, это перестаёт быть смешным, куда вы нас привели?
― Что-то не так, Диана. Что-то совсем не так…
Ливанул дождь, раздался гром, засверкала молния. Мы с Дианой Орловой промокли в мгновение ока. И если мне было всё равно, то она сразу же начала возмущаться.
― Да что же это такое? ― всплеснула руками она. ― Я возвращаюсь в мобиль, а вы, как хотите.
Я молча оглядывался по сторонам и пытался понять, что же происходит? Почему я не чувствовал присутствие иллюзии, как в прошлый раз? Почему фабрика не предстаёт передо мной?
Я посмотрел на Диану, она семенила к мобилю. Останавливать её не было никакого смысла. Что если это как-то связано с Орденом?
Или с Беклемишевым?
Но как он мог заставить фабрику и иллюзию исчезнуть бесследно?
Я вновь обратился к своим чувствам, закрыл глаза и позволил своей силе меня пропитать насквозь. Так я стоял с минуту или пять. Дождь нещадно поливал, ледяные капли прошибали сюртук. На мне не было ни одной сухой вещи.
Ничего.
Как бы я ни силился, как бы ни старался. Ничего.
Как будто этой фабрики здесь и не было никогда.
Я открыл глаза. Странный звук слышался где-то позади слева. Приближающиеся хлюпающие шаги?
Я резко достал револьвер из-за пазухи и направил его в сторону приближающегося незнакомца. Но там никого не оказалось. Неужели у меня галлюцинации?
Внезапно по плечу сзади кто-то похлопал, и я резко развернулся. Стрелять не пришлось, так как передо мной стоял высокий мужчина с зонтом, в котелке, круглых очках, запотевающих от непогоды и тёмно-коричневом пальто.