Я хотел, чтобы парадокс начался в тот момент, когда ты выхватила у меня из ниши последний зажженный мною Монтегье. Но это оказалось не под силу даже всем четырем владыкам. Очень много времени прошло с тех пор, очень много событий произошло, связанных с огромным количеством людских и нелюдских судеб. В общем, слишком толстая была ветвь в том месте времени, а, следовательно, много энергии требовалось затратить на её срез.
И тогда владыки приняли решение обрубить ветвь времени в контрольной точке твоего выхода из тоннеля, перед тем, как ты Индобагрола оказалась в этой стране вот у этих двух девушек дома той ночью. Когда ты уронила свою сумочку перед выходом из тоннеля, то из двух каменных шкатулок ты смогла поднять лишь одну – с этим Монтегье. По воле четырех владык я окажусь в тот самый миг вместе с тобой в тоннеле и подвину вплотную к твоей руке шкатулку в виде простого камня с подарком Изольды Великой. Первым в твоих руках, Маклауд, и окажется камень с перстнем “Огненное сердце”. Второй камень с Монтегье тебе уже не понадобиться, а ты, красавица, вылечишь бедного страдальца Йованса. Потом ты должна найти мою пещеру и повесить этот Монтегье в нишу на то же место. Он вспыхнет автоматически. И все станет на свои места.
– Нет ни все, ни все! – закричала Милка. – А люди, которых мы вылечили, тоже останутся на своем месте – инвалидами, так что ли?
– Нет, не так! Заревел Желтый ящер. Все они останутся в том состоянии, в каком находятся сейчас. Я владыка здоровья и долголетия гарантирую это им всем. Именно потому я здесь!
– А я гарантирую всем, кто здесь находится, – проревел Синий, – наличие того объема ума, которого им будет достаточно, чтобы жить исключительно на плоды своего труда и занять достойное место среди лучших умов своего времени.
– Простите владыки! А как же наша любовь? – воскликнула Индобагрода. – Я не хочу её терять! Ведь Монтегье сказал, что все будет стерто из памяти?
– И я! – Поддержал Скиталицу Пекониди – я тоже не хочу её терять!
– Я тоже! – хмуро пробурчал Круглос – Где я потом найду свою такую же Мариссу?
– Да! – проревел последний Зеленый ящер, – из памяти будет стерто все. Но только из памяти. Я самый сильный из нас – четверых братьев, гарантирую сохранность в ваших сердцах зажженных вами огней любви. И вашей большой, Индобагрола и Маклауд, и ваших огоньков, дорогие Мила и Алина! Именно потому я, владыка любви, и здесь, вместе с вами со всеми.
– Да вот только обидно! За все это время было столько прекрасных моментов! Неужели мы совсем, совсем про них забудем. Я бы хотела хоть изредка видеть их в памяти перед глазами. Пусть не все, пусть хотя бы обрывки из них!
– Ну, разве что в своих счастливых снах? – Монтегье усмехнулся. – Человеческая жизнь устроена очень странно. Иногда мне кажется, мы еще так мало знаем о ней. Ну что, прощайте, но не прощайтесь между собой, а скажите друг-другу до-свидания. А мне пора в туннель к Индобагроле. Да нет, ни к тебе, моя Скиталица, а к той самой, что все еще в тоннеле …
______________
Послесловие:
Вот так и у нас. Иногда, просыпаясь утром, когда мы еще помним наши сны, состоявшие из каких-то не связанных между собой обрывков и вовсе не имевших отношений к текущей нашей жизни, не помешает подумать о том, что эти обрывки и есть следы тех самых обрубленных веточек наших судеб, просочившихся сквозь преграду происшедших с нами парадоксов.
Конец книги
Конец