Среди дрожи машины молодой человек услышал спор двух бойцов у водительского отделения. Их диалог привлекали внимание остальных пассажиров.
— Говорю тебе. Какой смысл выдавать себя выстрелами из этого допотопного огнестрельного барахла? — спрашивал жилистый солдат, показывая рукой на пулемёт бойца в тяжёлой чёрной броне: — Лучше быть в тени с моим инфракрасным стволом и отстреливать имперцев, как тупой скот, не понимающий, откуда прилетело.
— Эх, доходяга, правильно говорят, что нет честного боя без грохота и грязи! — брови чёрного бойца угрюмо сдвинулись в складку. — Не можешь даже удержать двенадцатимиллиметровое орудие в руках, а рассуждаешь как опытный пулемётчик… Запомни: плотность и мощь огня решает! — чёрный гигант с любовью посмотрел на крупный ствол, закреплённый на стойке у бойницы.
— А дальность, а точность, а?!! Нет, мне этих погремушек и оптом, со скидкой не нужны! — отрезал жилистый, вытягиваясь вперёд.
— Хе-хе. А кто предлагает? Я тебе точно не дам огнестрельного. Вот если б ты в нём разбирался — другое дело.
— С понимающим и я бы поделился оружием, но точно не с тобой, громыхало…
За спором двух авторитетных бойцов с затаившим дыханием наблюдали остальные. Кто-то улыбался, иные, наоборот, тяжело вздыхал. Но данный разговор помогал отвлечься от мира, что находился за броне обшивкой машины.
Бронетранспортёр подпрыгивал по извилистой дороге, порой совершая резкие повороты. Поняв, что сопровождавшие Ториана бойцы практически не обращали внимания на молодого человека, юноша начал постепенно засыпать.
Тяжёлый сон, покрытый темнотой, длился недолго. Несколько хлопков заставили бронетранспортёр кренить набок. Здесь же раздались оглушительные удары выстрелов по корпусу.
— Бляха медная! Ведь совсем немного осталось!!! — прозвучал чей-то крик, и транспорт резко мотнуло в сторону и подбросило на кочке. Сильный удар об потолок пришёлся по шлему Ториана, заставивший выпасть из сиденья и потерять сознание. Последнее, что видел юноша, это как чёрный боец вцепился в пулемёт и стал палить через боковую бойницу: — Порешу гадов имперских! А-а-а-а-а-а!!!
Вновь открыв глаза, молодой человек почувствовал, как едкий дым начал медленно душить. Сквозь серые клубы стало понятно, что машина торчит носом в кювете, горит водительское отделение, а бойцы неподвижно замерли в салоне. Их тела истекали кровью, что ручейком шла вперёд, туша пожар. Ториан медленно начал понимать, что до взрыва остаётся всего ничего.
Выбравшись через боковой люк, молодой человек едва успел отойти от броневика метров на пять, как мощный взрыв разорвал машину в клочья. Ударная волна толкнула прочь, несколько кусков металла пролетели прямо над головой.
Ториан ползком отдалялся от места крушения, после притаился в ближайших кустах и несколько минут наблюдал за горящей машиной.
Ночная тьма, разрезаемая лишь пламенем горевшего бронетранспортёра, не привлекала больше ничьего внимания, оставив, покоится всех в тишине. А время для Ториана тянулось долго. Вмиг юноша решился двинуться вдоль дороги на восток, куда направлялся транспорт. Деревья мирно шелестели, доносилось пение местных птиц. Это всё давало понять, что рядом никого нет.
Аккуратно двигаясь вдоль дороги, перед глазами парня предстала картина обветшалой каменной эстакады. В мягком свете луны Ториан осторожно поднимался. Его встретили разрушенные участки дороги, местами заменённые простейшими деревянными мостиками. Стремясь не привлекать внимания, юноша тихо продолжал свой путь мимо перевёрнутых автомобилей, мрачная тишина, лишённая жизни или звуков мирных времён, усиливала чувство заброшенности.
Пройдя немного дальше, юноша оказался на пустом от машин участке эстакады. Последние огоньки уличных фонарей медленно угасали, будто отдавали тьме переход. Спускаясь с перехода, юноша заметил поле, превращённое в свежее кладбище, окутано молчаливой печалью. Площадь усеяна самодельными деревянными крестами, вбитыми в неровную, наполненную канавками и следами шин землю. На некоторые были надеты шлемы или бронежилеты, будто пытаются сохранить последний облик ушедших воинов. Любой знак индивидуальности теперь становится символом не только героизма, но и бесконечной потери.
Спустившись с высоты дороги, Ториан вошёл в лес, простиравшийся вдоль трассы. В этом уединённом уголке мир казался чужим. Поляны, освещённые редкими просветами между облаками, вновь напомнили ему о мирной жизни. Звуки природы и сладкий аромат цветущих растений контрастировали с жестокостью, оставшейся позади.