Ториан скрестил руки на груди, взгляд стал решительным, а голос — твёрже, — И что теперь? Мне должно быть честью вступить в брак, который ты отверг? — слова были остры, и в каждом чувствовалась обида.
Лиомин встал, движения были уверенными и властными, — Ты должен понимать, Ториан, это не просто брак. А союз, который укрепит нашу власть и влияние, — сказал мужчина, подходя к Ториану и кладя руку на плечо. Голос был твёрдым, а взгляд — проницательным, как будто пытался внушить Ториану важность предстоящего решения.
Лиомин, с лёгким намёком на усмешку, медленно взял бокал с вином, — И прежде чем подумаешь затаить обиду на меня, вспомни, кто тебя вернул из мёртвых, — голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая сила, а взгляд был пронзительным и оценивающим, — И да, никто не говорил, что она должна быть одна и до конца жизни. Как и то, что дети только от любимой жены, — добавил мужчина, и в тоне которого прозвучала нотка иронии, подчёркивая абсурдность ситуации.
Ториан, с издёвкой в голосе и лукавой улыбкой, ответил: — Старый лис, толкаешь меня на измену будущей жене, — глаза юноши сверкнули насмешливо, а жесты были театральными, словно он играл на сцене, а не вступал в серьёзный разговор.
— Но почему именно аристократия Сино? — спросил Ториан, чей вопрос звучал почти риторически и поднял бровь в ожидании ответа, полный сарказма и скрытого любопытства.
Лиомин с тяжёлым вздохом опустил пустой бокал на стол, — Потому что они сейчас как псы без хозяина, — голос был глубоким и резонировал с нотками презрения. Мужчина медленно поднял взгляд на Ториана, глаза были холодны и расчётливы.
— После гражданской войны и появление республики — они никому не нужны. Их верность тому, кто приютит, стала сильнее, что делает лёгкой мишенью для манипуляций, — продолжил он, и его брови сузились, словно Лиомин взвешивал каждое слово.
Ториан, сидя напротив, напрягся, руки невольно скрестились на груди, — Но это не должно дарить тебе ложной надежды, — Лиомин подчеркнул каждое слово, тон стал твёрже, а взгляд — более пронзительным, — Брачный договор всё равно придётся сделать, — закончил мужчина, в чьей мимике появилась тень усталости, словно вес обязанностей давил не меньше, чем на Ториана.
— Через два дня баронесса прибудет на Калой-Мах, — сказал Лиомин, и чей тон был неспешным и уверенным, словно диктовал условия, а не просто передавал информацию.
Затем, обращаясь к Ториану, дядя добавил: — За этот период тебе нужно подготовить все документы, что ты жив и вернулся в стройные ряды имперского общества, — голос дяди стал более строгим, а взгляд — пронзительным, словно вглядывался в самую душу Ториана, ожидая безупречного выполнения приказа.
На эти слова юноша только кивнул, но его лицо плавно перешло в примирительную улыбку, что давало понять, указ дяди будет выполнен.
Глава 4
В истории межзвёздных конфликтов Первая Священная Война останется одной из самых значимых. Её завершение ознаменовалось падением могущественного Доминиона Чёрной Звезды и распадом этой империи на три независимых государства: Второй Матриархат Ламар, Халифат и Диктат.
Второй Матриархат Ламар и Халифат: Поиск Поддержки и Создание Анклавов
После войны, Халифат и Матриархат Ламар активно искали поддержку у стран-победительниц, стремясь укрепить свои позиции на межгалактической арене. Империя Русолем, наименее пострадавшее государство Альянса Нового Порядка, стало ключевым игроком в этом процессе. Благодаря успешной дипломатии, Халифату и Матриархату удалось создать анклавы на территории Империи, сохраняя при этом свою уникальную культуру и автономию.
Диктат: Наследник Доминиона
Диктат, заявивший о себе как о прямом наследнике Доминиона, выбрал путь независимости. Однако, в результате многочисленных санкций и экономической блокады, его положение оказалось сильно ослабленным. Несмотря на это, Диктат продолжал поддерживать образ силы и непоколебимости перед лицом международного давления.
Ничейные Территории: Неудачи Союза Стейнов
Территории, которые не были объявлены как новые государственные образования после падения Доминиона, стали ничейными землями. Союз Стейнов попытался освоить эти территории, но не смог достичь значительных успехов, столкнувшись с трудностями колонизации и сопротивлением местных жителей.
(Выдержка из «История Первой священной войны»)
Ториан медленно приходил в себя, ощущая тяжесть в голове и неприятную сухость во рту. Юноша был в гостевых покоях губернатора и лежал на огромной кровати с балдахином, украшенная тонкими резными узорами. Роскошные шкафы, тумбы и комоды из тёмного дерева с инкрустациями из благородных металлов, словно охраняли покой спящего. Стены, окрашенные в спокойные тёплые оттенки, создавали иллюзию мягко плещущихся волн, придавая комнате ощущение движения и жизни. Воздух был наполнен ароматом старинных книг и лёгким запахом лаванды, что добавляло атмосфере таинственности.