А затем видео прервалось, и экран потух.
— Фух… — выдохнула Кристина. — Вот это накал. Мне одной показалось, что для Виктории это предложение стало неожиданностью?
— Я тоже так подумала, — кивнула Лиза.
Раздался грохот. Мы с удивлением уставились на Адалину, вдарившую по столу обоими кулаками.
— Согласна с вами, — процедила она сквозь зубы. — Этому мерзавцу даже свои техники использовать не обязательно, чтобы контролировать людей, а⁈
— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Влад.
— Лишь то, что они с Викторией явно обсудили речь заранее, а в конце он сделал всё по-своему, — фыркнула Адалина.
Александр обнял девушку и погладил её по волосам.
Ну да, эти двое теперь от всей души ненавидят Константина. Когда я рассказал им, что не Глеб в своё время обвёл их вокруг пальца, а затем и вовсе взял под контроль.
Ведь Глеб лишь оболочка его Воли…
— Выходит, Константин решил показать всему миру, что он полностью подчинил себе фракцию Михаила. Которую многие до недавнего момента считали сильнейшей в Империи, — резюмировала Лиза. — Более того… Женившись на Виктории, он покажет знающим людям, что наследует связь с Британской Империей. Михаил раньше опирался на них. Теперь Константин.
— Вряд ли он будет на них опираться, — покачал я головой. — Британцам явно пришлось пересмотреть свои взгляды на взаимоотношения с Россией. То, что было возможно при Михаиле, невозможно при Константине. Но в остальном ты права… Этот гад решил продемонстрировать всем, что он тоже становится сильнее.
— Да, — кивнула Лиза, а затем поджала губы и проворчала. — Ещё и дату свадьбы выбрал как у нас. Мерзавец…
— Политические браки всегда заключаются быстро и в нужное время, — улыбнулась ей Кристи. — Не расстраивайся.
Лиза едва заметно улыбнулась ей в ответ.
— Этот брак не совсем политический, — задумчиво проговорил Влад. А когда все на него покосились, он развил мысль: — Константин, он… как бы сказать… Всегда ратовал за любовь к своим жёнам. Мне доводилось с ним разговаривать лично — он всегда подчёркивал, что любит всех своих жён.
— Ты хочешь сказать, что он не просто использует Викторию? — выпалил Александр. — Ведь то, что он её использует — сто процентов.
Влад тяжело вздохнул и покачал головой:
— Я лишь хочу сказать, что сложно понять, что творится в голове у Константина.
Несколько секунд он напряжённо смотрел на Александра, а затем усмехнулся и произнёс:
— Вот с тобой, Саша, всё понятно. И, глядя на тебя и на Константина, я думаю, что не того принца прозвали «Безумным».
Мы рассмеялись. Но веселье наше было недолгим — ещё многое предстояло обсудить. Например…
— Как думаете, Михаил в самом деле мёртв, раз они публично объявили об этом? — серьёзным голосом спросила Лиза спустя пару минут.
Присутствующие вопросительно уставились на меня.
А я что?
Я уже рассказывал им, что под финал нашего поединка в Кремле я вдарил по Михаилу в межпространстве своим огоньком. Попал. И огонёк тот был ой какой необычный…
Вот только когда я в тот раз спешно уходил из Кремля, брат Миша был всё ещё жив. Хоть и сильно мучился.
Я хотел уж было напомнить об этом ребятам, как у меня вдруг зазвонил телефон. Извинившись, я взял трубку.
— Привет, Света, что-то срочное? — поздоровался я со своей невестой, которая сейчас находилась в Ярославле.
— Ну как тебе сказать, Максим… — произнесла она задумчиво, а затем рубанула: — Похоже, нам не удастся пожениться там, где ты хочешь! Нас перестали пускать на территорию церкви!
— Так-так-так, — подобрался я. — Подробности?
Однако, прежде чем я услышал подробности событий в Ярославле, я отвлёкся на удивлённый голос Лизы:
— Что? Новая база Ордена в Новосибирске? Вы ничего не путаете? Прямо здесь, у нас под носом? Они там что, совсем страх потеряли⁈
Глава 6
В славном городе Ярославле, в церкви, возведённой по приказу моего прадеда императора Александра IV, до сих пор женились лишь правящие императоры. Ни царевичи, ни тем более представители других родов — только императоры. И как-то так вышло, что женились здесь не на первых жёнах. Например, наш папаша Константин I в этой церкви женился на матушке Валентине, а затем и на матушке Ирине.
Так что я выбрал именно это место для своего бракосочетания со Светой и Лизой, разумеется, не случайно. Мне необходимо обозначить свою позицию всему миру: я не признаю Константина правителем. Если кто и достоин быть императором, то только я.