Оставив рюкзак у подножия, мужчина стал подниматься по скрипучим деревянным ступеням вверх, даже не представляя, что могло быть там. Одно было известно точно. Здесь очень давно никого не было, так как от любого, даже маленького движения, клубы пыли поднимались в воздух. Но ведь оно, может быть, все время было здесь, оставаясь в неподвижности все эти годы.
На втором этаже было всего две комнаты, находящиеся друг напротив друга. Отворив дверь в одну из них, мужчина посмотрел внутрь. Запах смерти, смешанный со сладостью плесени, тут же ударил в нос. Это была родительская спальня. Просторная комната с развалившимся шкафом, из которого вывалились все вещи, и большая кровать, на которой умиротворённо лежали два скелета. Простыня под ними обратилась в чёрное месиво из-за воздействия сначала трупной жидкости, а после — времени. Остатки одежды покрывали кости, что тоже уже начинали поддаваться разложению. Смерть во сне... Что может быть лучше, особенно сейчас? На душе стало спокойнее, и дрожание в руке, державшей меч, прекратилось.
Заглянув в другую комнату, мужчина дернулся. Прямо напротив двери, смотря на него, лежал скелет ребенка, застывший в позе ползущего на выход.
«Успокойся, это всего лишь скелет».
— Когда стало нормальным то, что мертвец гораздо лучше живого?
«Уже очень давно».
Посмотрев на свой меч, мужчина кивнул и осмотрел комнату. Детская. Две кровати стояли у противоположных стен, а в центре, прямо на ковре, были раскиданы игрушки. Второго ребенка не было, что заставляло волноваться. Опыт подсказывал, что эти смерти произошли не от естественных причин, хотя родители лежали слишком уж спокойно на своих местах, но пропажа второго ребенка все только усложняла.
Чуть более уверенно мужчина направился вниз. Громко пробежав по лестнице, он завернул к последней двери. Взявшись за ручку, он повернул ее, но дверь не поддалась. Заперто. Уткнув клинок меча в щель, мужчина медленно повел вниз, до замка, стараясь попасть в механизм. Дверь открылась крайне покорно, являя лестницу в подвал. Вместо деревянных ступеней здесь были каменные, словно умелые дворфы выточили их из цельной скалы. Из подвала веяло сыростью и прохладой, но почему-то мужчина чувствовал себя от этого спокойнее. Спускаясь вниз, он все глубже оказывался в темноте, но щелчок и искра зажгли маленький факел, который мужчина поднял над своей головой.
Подвал был на удивление хорошо оборудован. Твердый каменный пол, обшитые досками стены и множество вещей. Даже по запаху было понятно, что трупа последнего ребенка здесь не было. Зато было несколько ламп и баночек с маслом. Использовав огниво, мужчина поджёг несколько ламп, расставляя их так, чтобы было комфортно. Из последних сил, в приливе бодрости, которую ему дала надежда на отдых, мужчина вернулся за своим рюкзаком. Он прихватил с собою вниз уцелевшие диванные подушки, плед, пыльные шторы, сорванные с окон, и вообще все, что хоть как-то могло защитить его от холода. Дверь он закрыл, подперев кочергой, воткнув один конец в доску, а второй уперев в угол лестницы, дабы не было возможности открыть ее без применения сил.
При более тщательном осмотре подвал напоминал собою самодельный бункер. Он скрывал в себе множество запасов, которые давным-давно испортились, даже с учётом консервации. Множество банок с овощами и мясом вызывали у мужчины жуткий голод, а вялость навалилась с новой силой.
Устроив в центре помещения нечто вроде ложа из сваленных друг на друга притащенных сверху вещей, мужчина окружил себя светильниками. Из рюкзака он достал маленькую металлическую коробочку, сверху на которой было пять маленьких дырок, а сбоку — крепление. Залив в коробку масло, скиталец вновь достал свое огниво.
Маленькая плитка стояла на каменном полу, а сверху на ней расположилась кастрюлька, явно видавшая лучшие деньки. Залив в нее воду, собранную по пути, мужчина достал свёрток, внутри которого было темное вонючее мясо. Можно было бы сказать, что оно давно испорчено, но нет, оно было относительно свежим. Нарезав мясо и сложив его в кастрюльку, он ещё закинул несколько маленьких картошек в воду.
Пока варево готовилось, пришло время зашиться. Стянув с себя куртку, он положил ее на колени и вздохнул, осматривая себя. Все так же не желая снять маску, он провел рукой по металлическому нагруднику, что нес в себе не только плюс защиты, но и огромный минус постоянного холода от металла в подобную погоду.