Океан велик и глубок, а силы искусственного разума не безграничны, тогда как машинные ресурсы конечны, поэтому батискаф даже не пытались преследовать, признав поражение на этом этапе. Однако игра в противостояние ещё не закончилась, скорее она только начиналась, ведь захватить и привезти человека — это одно, а заставить его и доставить в исходную точку перед законсервированной военной базой — это совсем другое. Это квест со многими неизвестными, и сможет ли человек найти вход и проникнуть на военную базу никто доподлинно не знал.
А ещё получится ли расконсервировать военную базу, как того хотели нереиды⁈ На этот вопрос пока ни у кого ответа нет, и это неизвестность, как для нереид, так и для А-скота.
«Что же, тем интереснее будет финал!» — подумал главный фраг и кивнув своим мыслям пошёл встречать батискаф, уже пришвартовавшейся к наружному шлюзу.
Аквацентр представлял собой подводную базу куполообразной формы, самое лучшее изобретение человечества, поставленное на службу новой морской расы. Размерами купол превосходил три километра в диаметре, но имел несколько этажей, в том числе и тех, что уходили в океанское дно, где хранились самые ценные и хрупкие ресурсы, а также располагались ясли и инкубаторы для всех представителей разноплемённой расы нереид.
Последнего представителя давно ушедшего человечества пришлось усыпить сонным газом, чтобы он не смог помешать собственной транспортировке, и чтобы его тело не пострадало в результате значительных перегрузок. Батискаф предназначался для быстрой перевозки нереид и теоретически мог использоваться и человеческим существом, но только в той части, где находилось утолщение и в лежачем положении.
Не зная, как отреагирует человек на предложение полежать в тёплой водичке на полу, главный фраг принял решение привести его в бессознательное состояние, чтобы без помех и максимально быстро эвакуировать с места боя, и это удалось в полной мере.
Батискаф развивал скорость под водой до ста узлов в час, мог бы и больше, но тогда конструкция могла не выдержать, а ремонтировать его, из-за войны с А-скотом, было не чем.
Пристыковавшись к шлюзу, батискаф уравнял давление и открыл главный люк. Человек ещё не пришёл в сознание и его вынесли двое «варанов», стараясь не ударить и не повредить тело. Всё найденное на нём оружие и снаряжение сложили в отдельную кучу и отнесли в предназначенную ему комнату, а самого человека отправили в медицинский отсек для обследования и изучения.
В медотсеке его полностью раздели и осмотрели. Главный фраг присутствовал при этом лично, с любопытством рассматривая человеческое тело. Человек оказался сильно исхудавшим, его кожа приобрела нездоровый серый оттенок и имела повышенную сухость покровов, что естественно, когда ты провёл сотню лет в крио-камере, а потом, бродил по подземельям.
Также на нём имелись следы истощения, хоть и неявного характера, но всё же заметные опытному глазу. А в остальном, довольно обычное, если судить по сохранившимся анатомическим атласам и базе данных, человеческое тело. Европеоид, волосы русые, рост выше среднего, кожные покровы светлые, волосяной покров редкий, кисти рук с тонкими пальцами более привычными к клавиатуре, а не к тяжёлому труду, остальные особенности данного человека не имели принципиального значения и главный фраг их не запомнил.
Человек стал отходить от наркоза, глубоко вздохнул, чихнул, закашлялся и очнулся, ошарашенно озираясь вокруг и смотря выпученными от удивления и страха глазами на окруживших его фрагов.
Глава 10
Аквацентр
Очнулся я неожиданно даже для самого себя, вот вроде бы только потерял сознание в подводной лодке, и вот я уже лежу на зелёном столе в неизвестной мне полутёмной комнате. Лежу абсолютно голый, то бишь в чём мать родила.
Сама комната оказалась освещена каким-то весьма странным светом с зеленоватым оттенком, подобного я никогда прежде не наблюдал. Может быть, я того, ну… уже в новом мире? В том, где ангелы поют, валькирии пляшут и нет ни добра, ни зла, а есть… А есть то, чего нет и никогда быть не может, то есть…
Мысль моя мгновенно потерялась, когда я оглянулся и невольно вздрогнул, увидев неизвестные мне доселе существа. Из горла сами собою вырвались два вопроса: — кто вы и где я? Рука сама собой цапнула висевший в кобуре мелкий станнер, но выхватить его я не успел, потому как выхватывать оказалось нечего. Кобура была пуста, а события продолжали развиваться.