Рептилоид что-то пробулькал, я, естественно, не понял, потом он сообразил, коснулся лапой переговорного устройства, вновь изобразил речь и теперь из скрытого динамика серой коробочки раздалось: — твоё место.
Я оглядел «своё» место. Матрас, столик, стул размерами подходящий скорее для ребёнка, чем для взрослого мужчины, и четыре глухие стены с низким, зеленоватого цвета потолком. Не слишком комфортные условия и не слишком много места, и обстановка скорее соответствовала тюремной одиночной камере, чем комнате для почётного гостя.
— Заходи.
Я сделал шаг вперёд,
— Жди, скоро еда, — прозвучало мне в спину и дверь за мной закрылась.
Я только вздохнул, как-то очень непривычно и грустно всё. Матрас оказался наполнен какой-то жидкостью, но лежать на нём мне показалось комфортно. Ничего в нём не булькало и лежать довольно мягко, подушки, кстати, не оказалось. Сидеть же на низком стуле было проблематично, так как ноги торчали выше головы, а колени на уровне ушей.
Через какое-то время, дверь вновь отъехала, явив мне очередного варана, только женского пола. Это я смог определить по более тонкому сложению и каким-то странным украшениям на шее и голове, хотя может быть я и ошибался. Явных первичных половых признаков у этой особи не наблюдалось, к тому же все рептилоиды скопища нереид носили различное подобие одежды, закрывавшее часть их тела, в том числе и нижнюю часть.
На этой имелись переплетения кожаных ремней, расположенных, по моему мнению, в хаотичном порядке. Женская особь принесла мне поднос с тремя мисками, и поставив их на стол удалилась, сказав только одно слово: — еда.
Уткнувшись взглядом в принесённые миски из пластмассы, я потянул носом, пытаясь понять, что за хлебалово мне принесли, другого названия мне в голову, как-то не пришло. В первой миске оказался суп с «клёцками», в роли клёцек фигурировали некие полусваренные медузы или моллюски, пахли они, скажем так, нейтрально-отвратительно.
Во второй миске лежали водоросли, надеюсь, что съедобные, политые коричневой жидкостью с мускусным запахом, честно говоря, не сильно приятным, ну, а в третьей, в третьей болтыхалась непонятная жидкость желтоватого цвета, наверное, она предлагалась мне вместо чая. На подносе кроме этих мисок лежали две палочки из пластмассы и больше ничего. Хлеба, я так думаю, узнику совести не полагалось, а может быть они его вообще не употребляли и не знали, что это такое, мяса, собственно, тоже.
Я с большим сомнением посмотрел на плавающие в супе клёцки и поморщился. Есть хотелось, но не вот это вот всё, однако выбора у меня нет, у меня вообще ничего нет, всё отобрали и рюкзак, и оружие, и одежду, оставили только тело да мозги при мне, и те без воспоминаний, здесь помню, а здесь уже не помню.
Первым я решил испробовать желтоватый чай. Кружки мне не полагалось и поэтому отпил сразу из миски. Жидкость оказалась действительно, что называется, на десерт, и по вкусу больше всего напоминало витаминизированный напиток. Отпив из миски три глотка, я поставил её на место и взяв палочки, (странно, что мне их вообще дали⁈), начал накручивать на них морскую капусту и другие, неизвестные мне салатные водоросли.
Кстати, я не умел пользоваться палочками, я вообще японскую кухню и все эти суши и прочую дребедень категорически отрицал, и не то, что не любил, а просто не пробовал и не собирался пробовать, но вот пришлось, только мир уже другой, где нет ни японцев, ни американцев, ни суши, ни чизбургеров. О! Вспомнил! И про США вспомнил, и про Японию вспомнил, и про свою родную страну с Китаем, ведь я сам сказал фрагу, что моя страна рядом с Чиной, а и про Чину, то бишь, Китай, я тоже мгновенно вспомнил, хоть до этого даже и не думал об этой стране, и собственно, забыл её. Странные дела творятся со мной, но то ли ещё будет!
А вот палочками я видел, как пользоваться по телевиденью. О! Опять вспомнил⁈ Наклонившись над столиком с мисками, я стал есть сначала капусту, осторожно и неловко наворачивая на палочки, а потом ими же вылавливать «клёцки» и отправлять их себе в рот. На вкус они оказались действительно моллюсками, склизкие и безвкусные, но, наверное, очень питательные, а сам суп пришлось также прихлёбывать, как и витаминный напиток.
Трапеза моя длилась недолго, сама еда отторжения не вызывала, и я надеялся, что за следующие четыре часа и не вызовет, иначе придётся мне бегать до туалета, кстати, а где здесь туалет и где мне удовлетворять свои естественные потребности организма⁈ Никто мне ничего про это пока не сказал, не буду же я под матрас свой ходить? Моветон, однако! Оп, ещё одно интересное слово вспомнил!