— Точно, нас не морили голодом, не избивали… просто отправили в тюрьму…
— Может, это они специально придумали, чтобы не платить нам…
Недалеко от конюшен капитан нашел и своего Волка, привязанного за шею грубой веревкой. Зверь сильно похудел и яростно грыз свои путы, но, главное, он все-таки был жив и здоров. С изумлением и радостью, которых он не испытывал очень долгое время, Ранкстрайл увидел рядом с Волком знакомую маленькую фигурку Росы. Дама Народа Гномов, как называл ее Ранкстрайл, ухаживала теперь за клеткой, в которой жила Волчица Далигара — животное, которое с давних пор держали в городе в честь сира Ардуина: в свое время у него была волчица. Даже Судья-администратор, который, конечно, не прыгал от радости, сохраняя память об Ардуине Победителе, не осмелился нарушить эту традицию — он довольствовался тем, что перемещал волчью клетку все дальше и дальше, сначала за пределы дворца, потом и на задний двор конюшен, где волчицу никто не видел. Судья надеялся, что так эта традиция постепенно сотрется из памяти горожан.
Ранкстрайл обрадовался, увидев знакомое лицо: он многим был обязан Росе. Причина, по которой гномы, никогда никому не подчинявшиеся, были готовы ради него отдать себя на растерзание, заключалась не только в том, что у них был общий враг — орки. Дело в том, что капитан никогда не обращался к этим оборванцам с их ужасными топорами, не прибавив при этом: «Господа Народа Гномов».
В конюшнях капитан обнаружил, что у него стало одним солдатом больше. После восьми лет отсутствия, о котором никогда никто не сожалел, в их ряды вернулся Сиуил. У него даже оказалась лошадь, и он поспешил сообщить капитану, что Арньоло лично предоставил ему коня, чтобы он смог вернуться на службу.
— Эй, капитан, — как только представился случай, вставил свое слово Лизентрайль, — мы снова в сборе. Лошадей нам вернули, Волка мы нашли, у нас есть Эльф, за которым надо гнаться, а теперь нам отдали и предателя. Можно ли желать большего?
Они тронулись в путь верхом, и ворота Далигара открылись, чтобы пропустить их. Солнце уже перекатилось за полдень. Вокруг города расположились беженцы, пришедшие с границ Изведанных земель. Они построили себе хижины, между которыми разбили небольшие огороды: крохотные участки земли с капустой и баклажанами чередовались с микроскопическими курятниками и намеками на фруктовые садики. Все это напоминало лоскутные покрывала, которые женщины шили, соединяя небольшие кусочки, оставшиеся от разных платьев.
Это был маленький нищий мир людей, упрямо решивших выжить, несмотря ни на что, среди своей капусты и своих кур. Капитан подумал, что если бы ему когда-нибудь пришлось заказывать герб для какой-нибудь страны или какого-нибудь народа, то он выбрал бы изображение курицы как символ бесконечной отваги людей, которые проходят войну за войной и, несмотря ни на что, остаются в живых.
После того как огороды и заросли тростника остались позади, недалеко от реки они различили фигуру, которую невозможно было с кем-либо спутать: Эльф. Он сидел верхом на гнедом скакуне, и на плечах у него был плащ из грубой ткани, которая напоминала одежды наемников. В отличие от их первой встречи, теперь он был обут. Он не выхватил меч, который висел у него на боку, и не попытался даже выстрелить из лука, который оставался за его спиной. Казалось, этот придурок поджидал их. Он не тронулся с места, пока не увидел наемников, даже наоборот: казалось, он желал убедиться в том, что и они его увидели. Он делал все, чтобы преследователи не потеряли его из виду, но потом, на склоне дня, когда тени начали удлиняться, указывая на восток, Эльф внезапно исчез недалеко от ущелья Догона. Казалось, он испарился.
Проклятия капитана заставили побледнеть даже гномов, которые, побывав в рудниках, не отличались нежным слухом и лестным мнением о мире и богах.
Ранкстрайл выслал вперед двух разведчиков, отправил небольшой патруль в восточную часть ущелья и в конце концов сдался. Они потеряли Эльфа. Капитан приказал устроить привал и дать отдохнуть лошадям. Высунувший язык от судорожного бега вслед за скачущими галопом наемниками, показался и Волк. Незадолго до заката, когда тени накрыли все ущелье и лошади отдохнули, Эльф появился снова.
Погоня продолжилась и снова прервалась с наступлением ночи, когда Эльф вновь исчез. До этого он, ничуть не стараясь спрятаться от них, в открытую скакал по восточному склону ущелья. Опять Ранкстрайл отдал приказ о привале, не забывая при этом громко разъяснять всем богам и демонам, что он думает по этому поводу. Снова лошади могли передохнуть, и в очередной раз Волк, еще более запыхавшийся и уставший, смог их догнать. После того как лошади, а с ними и Волк, отдохнули, откуда ни возьмись вновь появился Эльф, и все началось сначала.