Наконец Арньоло поднял на него глаза и заговорил:
— Мне не понравилось твое поведение, капитан. Но хоть дракона-то ты прикончил. Знаешь, что это за запах?
— Я как раз об этом задумался, ваше превосходительство, — честно ответил Ранкстрайл.
— Мы жарим мясо дракона.
— Вы… что? Что вы делаете? Жарите мясо дракона? Но…
— Это будет великий пир кавалеристов Далигара, капитан. Веди себя, как герой, и питайся мясом драконов, чтобы их сила влилась в твои вены и сделала тебя непобедимым.
Капитан собрал воедино все свои силы, чтобы сдержать тошноту и желание убить Арньоло голыми руками.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Арньоло.
— Не знаю, — неопределенно ответил капитан, — я сожрал кучу летучих мышей на своем веку, но не умею летать. Кровью моей матери, которая была святой женщиной, питались тысячи комаров, но характер их от этого не улучшился. Но я не знаю, может, вы и правы. Вы прежде часто ели мясо козлов, ваше превосходительство?
Арньоло оскорбленно вскочил на ноги.
— Я не намерен больше терпеть твою наглость! — воскликнул он.
По мановению его руки трое вооруженных солдат в блестящих кирасах и с обнаженными мечами выскочили из-за занавеса и выстроились перед капитаном. Тот осмотрел их с нескрываемым интересом. Когда он закончил осмотр, то снова повернулся к Арньоло.
— Отлично, — сказал капитан, — если вам нечего больше мне сказать, то я с вами прощаюсь. Завтра утром я отправляюсь к Расколотой горе как капитан легкой пехоты и кавалерии, согласно приказу графа Далигара. Каждые два месяца я буду слать вам депеши. Мое почтение всей компании.
И капитан повернулся к выходу. Ледяной голос Арньоло остановил его.
— Капитан, — сказал он, — неужели ты надеешься выйти из этого шатра живым?
— Конечно, нет, ваше превосходительство, я человек неглупый — я сразу понял, что живым мне отсюда не выбраться. Только вот мой Волк, глупое животное, ни черта не понимает. Первому из ваших солдат, кто осмелится пошевелиться, Волк разорвет горло. Как я уже сказал, мое почтение всей компании.
Капитан снова повернулся к выходу. Волк глухо зарычал.
— Мы с тобой еще встретимся, — прошипел Арньоло.
— А как же иначе, ваше превосходительство, — не оборачиваясь, подтвердил капитан, — если мы не подохнем, то обязательно встретимся.
Выйдя из шатра, Ранкстрайл наклонился и зачерпнул горсть лепестков ромашек, одни из которых были белоснежными, как невинность, другие красными от жертвенной крови. Капитан крепко сжал их в кулаке.
Вернувшись к кострам наемников, он опустился на колени, и его наконец-то вывернуло наизнанку. Лизентрайль с тревогой наблюдал за ним, но не сказал ни слова.
Капитан поднялся, посмотрел на лепестки, зажатые в кулаке, и надежно спрятал их в свой мешок. Не глядя на Лизентрайля, он отдал приказ собирать солдат для отбытия. Они должны были к вечеру вернуться в Далигар и на следующий день вместе с пехотой отправиться к Расколотой горе.
Все уже были в седлах, когда кто-то тихо пробормотал:
— А те, по ту сторону обвала, что с ними будет?
— По ту сторону Черных гор находится море, — ответил Лизентрайль. — Море — это место, полное воды, которая никогда не кончается. Пить ее нельзя, поэтому ее там так много, зато в воде — куча всего съедобного. Не только рыбы — даже на камнях, которые окружают его, наросла куча съедобных вещей, даже в песке. Кто живет у моря, с голоду не подохнет.
— А чего мы туда не идем? Чтобы жить, — спросил кто-то.
— Потому что там эринии, — опять ответил Лизентрайль.
— Кто?
— Фурии. Ангелы смерти. Духи разрушения. Три ужасных, непобедимых призрака. Они спускаются с неба и уничтожают все, что попадается на их пути. Потому у моря никто больше не живет. Даже пираты близко не подходят. Кто перейдет Черные горы, рано или поздно, но точно встретит смерть. Поэтому их и называют Черными. За ними долго не проживешь. Даже дракону было не по силам победить эриний, капитан.
Капитан не ответил, но кивнул, и пусть на мгновение, но его помощник снова посмотрел ему в глаза. Незадолго до прибытия в Далигар капрал собрал все свое мужество и осмелился обратиться к Ранкстрайлу:
— Капитан, будь осторожен. Ты ведь уже знаешь, что гнилой лук тебя до добра не доведет.
— А разве эльфы не бессмертны? — поинтересовался кто-то.
— Только если их не трогать, — ответил Лизентрайль, который, как всегда, на все имел готовый ответ. — Если кто-то их прикончит, то они подохнут так же, как и мы.