И потом, что еще важнее каши, у них была надежда. Рано или поздно они стали бы солдатами — а это четыре порции каши в день и одна порция свинины два раза в месяц. И когда-нибудь они стали бы старшинами — пять порций каши в день, свинина два раза в неделю и пинта пива в честь Праздника зимы и Праздника новолуния. При мысли о пиве глаза Морона увлажнились от воспоминаний. Живя в Доме сирот, о пиве он и мечтать не мог, но оно частенько оставалось на донышке бокалов Тракарны и Страмаццо, и для Крешо и Морона это был праздник.
Конечно, ему не всегда было так хорошо. Вначале было трудно, еще труднее, чем дома, а дома ему было не до шуток. Сначала его ждал долгий период сморщенных яблок и каши с червяками, поделенной не поровну, но кем-то другим. Тумаки тоже делились не поровну, но совсем не так, как каша: новичкам доставалось больше. Но и тогда он не отчаивался. Нужно было лишь потерпеть. Даже если ты не мог ничего сделать и сказать, если ты был никем и ничем, все равно рано или поздно ты вырастал. Становился сначала старшим помощником, потом солдатом, а потом наступало истинное блаженство — тебя делали старшиной.
В тот день, когда появился Эльф со своим другом драконом, все выпили ужасно много пива и наелись курятины Тракарны и Страмаццо, но даже тогда Морон считал, что было чистейшим идиотством уходить оттуда, менять известное на неизвестное. Жаль только, некому было об этом сказать. Даже Крешо, который всегда был его напарником, его второй половинкой, бросил его, чтобы связаться с этой ломакой Галой, смотреть в рот Эльфу, внимая каждому его слову, и пускать слюни от его нелепостей. Ну надо же!
Во время их невероятного и безумного путешествия, когда Эльф потащил за собой всех нищих оборванцев со всех земель графства, Морон продолжал считать, что все это — чистейшее идиотство, но и тогда тоже некому было об этом сказать. Все устремились за безумцем, а когда усталость и боль в ногах останавливали их, безумец начинал рассказывать кучу сказок, одну глупее другой, и у всех возрождалось мужество, и они вновь пускались в путь. Даже кавалерия Далигара перед самым их носом не произвела на них никакого впечатления. Безумец рассказал им какую-то сказку о блистательных героях, и эти оборванцы, которые в жизни ничего другого не делали, кроме как пресмыкались перед кем-то, тоже возомнили себя героями и решили ни за что не сдаваться, даже если бы их прикончили или даже если б сделали старшинами. А вообще-то, если б не дракон, который дал прибить себя ради них, кавалерия Далигара содрала бы с них со всех шкуры. Со всех до единого — до последнего хромого калеки, до последнего занудного ребенка.
Ну надо же!
И что, разве кто-то рассердился на Проклятого, который потащил их за собой, рискуя их ничтожными и вшивыми жизнями? Нет, наоборот: все герои!
Ну надо же!
И вот наконец они притащились на этот берег, будто море — это подходящее место для жизни, со всей этой синей водой, зелеными островами, мысом и чайками. Да что там вода и чайки: чего он совершенно не выносил, так это девчонки-полуэльфа. Обыкновенная соплячка, но, когда она родилась, всем казалось, будто родилась настоящая принцесса!
Когда у него, Морона, была в детстве высокая температура, его посылали искать себе пропитание вместе со всеми остальными, и его мать удерживала его на ногах благодаря оплеухам, когда он совсем обессилевал. А соплячке достаточно было чихнуть, и, казалось, рушился весь мир. Отец постоянно держал ее на руках, а ведь она не была калекой — прекрасно бегала. Его, Морона, никто никогда не держал на руках — у него дома знали, как воспитывать детей. Когда рождался очередной ребенок, ему приходилось выкручиваться самому, а когда детей становилось слишком много, кого-то отправляли в Дом сирот — не сам же он туда пришел.
Он, Морон, всю свою жизнь чесался из-за клопов и комаров, и ничего с ним не случилось — не умер же. После того как комар в первый раз укусил ее высочество принцессу, ее отец пожертвовал последний лоскут своей одежды, чтобы вытянуть из него нити и сплести что-то вроде сетки, не пропускавшей ни одного насекомого, — будто дети помрут, если немного поделятся кровью с комарами!