Но разглядывать адски-красивых девиц времени не было. Китяж крутанул головой, разыскивая своего "ведущего", и вскоре, он его обнаружил. Две девы, с костлявыми крылами, пытались догнать Серёгу, но силы, приблизительно, были равны. Бузони не мог от них оторваться, а они, в свою очередь, не могли его догнать. Воздушный бой завязался под самым потолком Ада. Бузони пытался сбить преследовательниц, манёврами уклонения, то притираясь и огибая сталактиты запёкшейся крови (а Кирилл был уже стопроцентно уверен, что это была именно кровь), то отрывался от них пытаясь набрать скорость на снижении. Это было опаснее, ибо суккубы, на пикировании, набирали скорость быстрее, и пару раз чуть было не сцапали Серёгу. Но он чудом умудрялся вывернуться из цепких лап весёлых девиц. Китяж вспомнил, что ведущего бросать нельзя ни в коем случае и устремился к месту боя.
Похоже, суккубы так увлеклись погоней за Серёгой, что не заметили, как к ним в хвост пристроился Китяж. Метр за метром он приближался к ведомой девице, и вскоре он уже был метрах в десяти от неё. А Бузони, похоже, уже изрядно подустал. Виражи у него получались шире и менее резкие. Девки же, наоборот, поймали кураж и теперь пытались поймать ещё и Серёгу. Пора было, что говорится, брать быка за рога. На очередном вираже, между двумя огромными, кровяными сосульками, Кирилл прибавил скорости и, ухватив ведомую девицу за волосы, резко дёрнул в сторону и отпустил. Даже маленькой дробинки бывает достаточно, что бы изменить траекторию полета птицы. Дробинки здесь не было, и дамы были, далеко не птички. Но и Китяж был, не пальцем деланный, поэтому суккуб врезалась в свисающий сталактит со всей своей скоростью. На миг, потеряв ориентацию в пространстве, она кубарем полетела вниз и, ударившись оземь, разлетелась в пыль.
Оставалась ещё одна. Похоже, это была самая сильная и выносливая тварь и ей становился не интересен уставший Серёга. Она уже была готова закончить гонку за ангелом неизменной гибелью последнего, но её окликнул весёлый посвист сзади. Китяж всего лишь достал свой тяжёлый пистолет. Он даже не выстрелил, а девка уже округлила глаза. Забыв о том, что надо смотреть куда летишь и, переключив своё внимание на палец, не пойми от куда взявшегося сзади ангела, который медленно но верно тянул спусковой крючок пистолета, она, со всей своей дури, врезалась в очередную сосульку и медленно скользнув по кровавой, склизкой поверхности, камнем рухнула вниз, даже не попытавшись спастись.
Убедившись, что опасность миновала, Кирилл свистнул продолжающему убегать Бузони.
— Эй! Серёга, Тормози!!! — услышав голос своего товарища, Бузони пошёл на снижение и скинул скорость, до крейсерской
— А где… — непонимающе спросил Серёга, когда увидел, сто рядом с ним только Китяж.
— Улетели… — многозначительно пожал плечами Кирилл, — небось, ты их своими газами распугал.
— Ты что, Китяж, — удивился Серёга, — Какими газами?
— Особо удушливыми, — засмеялся в ответ Тяжин, — Теми, что ты меня в КПП травил. Сам говорил, что тебя от неё пучит, вот, видать и газанул ты так, что они в пыль рассыпались.
— Ну, ты, Палладин, даёшь, — похоже, Бузони не ожидал такого исхода боя и был на седьмом небе от счастья от того, что всё хорошо закончилось. Он широко улыбнулся и показал рекой вниз, — Снижаемся. Перекурить надо, а то, загоняли они меня сильно.
И друзья пошли на снижение, тем более, что вулканическая гряда была уже совсем рядом.
* * *— Всё, брат, — Серёга выключил ранец и Тяжина и повернулся к нему спиной, чтобы товарищ сделал то же самое, — Дальше идём ногами.
— Почему? — изумился Китяж
— Потому что, нельзя дальше лететь, — пояснил Бузони.
— Почему? — не унимался Китяж.
— По кочану, и по кочерыжке! — в сердцах ответил Сергей, — Заладил, как маленький, "Почему… Почему…" Нельзя и всё. Мы… точнее, ты Асмадеевых девиц в пыль растёр, а его система ПВО, надо тебе сказать, не хуже нашей. Так что, пешочком, как-то по приятнее мне идти, чем парить под кровавым потолком. И потом, Киря. Как там сказал классик советской поэзии? Рождённый ползать, летать не может? Вот. И я долго не могу, — Бузони развёл руками в стороны, — Ходить мне, как то, приятнее. Кстати, тут до ворот, от силы, километр. Сто процентов нас выпасли и ждут с нетерпением. Так что, радушный прием нам обеспечен. Сто процентов, безумный шляпник и мартовский заяц уже заждались.
— Чего? — Кирилл посмотрел на своего товарища и друга, как на городского сумасшедшего. Точно так, Кирилл смотрел когда-то давно, на Аббата, когда тот предлагал ему остаться, — Ты чего, Серёга? Тебя благо вставило?