— Ладно, полковник, — сказал Кирилл и взял микрофон радиостанции, — послушаем твоё предложение. ВНИМАНИЕ, Китяж вызывает Тихого… Китяж вызывает Тихого… Приём.
— Ш-ш. Здесь Кора, — моментально ответила рация, — Привет Китяж!
— Привет, Степаныч. Соскучились без меня? Два года всего прошло, а вы опять — тут как тут.
— Ш-ш. А куда мы без тебя?… А ты без нас?…
— ДА я то, без вас протяну, как-нибудь.
— Ш-ш. Не скажи, Китяж. Теперь уже нет. Специальным приказом Министра обороны, ты мобилизован на военную службу, с повышением! Война, всё-таки.
— Ну… кому — война, а вам с полковником — мать родна.
— Ш-ш. Ты, что такой говорливый, майор, — раздался знакомый голос Терешкова, — как самочувствие?
— Здравия желаю, товарищ полковник, — Китяж удивился такому обращению, — А за что вы меня майором ругаете?
— Ш-ш. Так ты теперь майор, Тяжин.
— А вы ничего не путаете, товарищ полковник? Я, пока, в космос не летал, и на Гагарина не похож, — Кирилл подумал, что Терешков просто пошутил. Но он ответил вполне серьёзно:
— Ш-ш. Кадров не хватает, Кирилл. А таких "кадров" как ты — вообще, днём с огнём не сыскать!
— То есть, если я вас правильно понимаю, полковник, у вас — проблемы? И я вам очень понадобился. Вы меня извините, но я в эти игры не играю, пока не буду уверен, что с моей семьёй всё в порядке.
— Ш-ш. Именно поэтому ты мне и нужен, — полковник на секунду замолчал, как будто обдумывая следующую фразу, — Я так понимаю, что старшего ТЫ вывел из зоны?
— Не понимаю, товарищ полковник, о чём вы говорите, — в этом вопросе Китяж опасался провокации, поэтому перестраховался.
— Ш-ш. Да, не переживай ты так. Даниле проведено обследование нашими специалистам и все необходимые процедуры тоже проведены. Облучение он получил незначительное. В общем — всё отлично. Но у тебя есть дело в Питере. И зная тебя, я предположу, что от этой идеи тебя не отговорить.
— Правильно предполагаете, Василий Васильевич. Отговорить меня не получится.
— Ш-ш. А я и не собираюсь. Я, наоборот — всячески поддерживаю тебя и даже помогу тебе попасть в метро. Где ты говоришь, твоя зазноба живет.
— Живёт моя зазноба в высоком терему, — усмехнулся Китяж, — последний раз, на связь выходила с "Московской".
— Ш-ш…
— Не понял, полковник, повтори!
— Ш-ш. То, что надо, говорю, — радостно прокричал полковник, — Будет к тебе дело на "Московской". Мааааленькое…
— Что там случилось? Марсиане высадились? — засмеялся Китяж.
— Ш-ш. Почти… — Терешков стих. Видимо посовещавшись, он снова прошипел в рацию, — Надо бы увидеться, Тяжин.
— Увидимся, если надо. Приходи в гости.
— Ш-ш. Давай, лучше на нейтральной территории. У фильтра, например.
— Спасибо, Василий Васильевич, но у фильтра я уже бывал.
— Ш-ш. Да не боись, Тяжин. Десантуру с периметра сняли. Стоят ВэВэшники. А у меня для них есть такая бумажка, что они не то, что — стрельнуть, пикнуть без моего ведома не смогут.
— Мне надо подумать, полковник.
— Ш-ш. Думай, дружище. Формально, пока я не вручил тебе приказ и новое удостоверение личности, я не являюсь твоим начальником. По этому, приказать я тебе не могу. Но прошу, выйти на связь в полдень.
— Добро, товарищ полковник.
— Ш-ш. Рад тебя слышать, майор!
— Конец связи, — Тяжин повесил микрофон на торпеду и задумался. А задуматься было над чем. На "Московской", что-то происходило. И Женечка была там… "Вот Терешков — сука. Опять нажал на самое слабое место…" — Китяж, со злостью хлопнул дверью внедорожника и пошёл в убежище…
* * *Гречку с тушёнкой Тяжин "рубал" с удовольствие. Ещё бы, не есть два дня. А уж Дон её приготовил — как надо. С жареным лучком и кучей всяческих приправ и специй. Ел он её молча и не торопясь. Смакуя каждую ложку. Съев две плошки, он взялся за крепкий кофе с сухим молоком и сахаром. Сахар полезен для работы головного мозга. А мозг сейчас работал "на всю катушку". Не каждый день старшего лейтенанта повышают сразу до майора. Да и не за красивые глаза. Размышление прервал испуганный крик Никотина: