Я же сейчас стоял на маленьком чудом уцелевшем клочке крыши и, держась рукой за погнутый золотой шпиль, смотрел вниз.
Идеальный обзор. Идеальная позиция. Идеальный момент.
— Перемести, — приказал я, и подбросил перед собой один из костяных перстней, на манер монетки.
Он взмыл в воздух, сделал два оборота и был проглочен Тьмой, которая поменяла два предмета местами.
Там, где секунду назад был перстень, появился «Коготь Пустоты», который я поймал. А на месте клинка, в шее ящерицы, прямо внутри открытой царапины появился крошечный по меркам дракона костяной перстень.
Крошечный, но с весьма интересными свойствами.
Приказывать ничего не требовалось. Перед «отправкой» перстня, я уже настроил его на поглощение энергии и оказавшись внутри нестабильной, нервной и с трудом контролируемой энергетической твари, он принялся эту энергию упорядочивать и втягивать в себя.
Не успел дракон ничего осознать, как в его шее из маленькой царапинки, возникла огромная дыра. Оттуда хлестанула магмовым потоком кровь. Твари поплохело, ее шатнуло, дыра почернела и «загноилась».
— НЕ ПОМОЖЕТ!!! Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! — взревел полный ярости голос дракона и из вытянувшейся в мою сторону пасти вылетело три сгустка огня.
Поначалу маленькие, они в полете увеличивались и растягивались, огибая меня со всех сторон, мириадами крошечных огненных нитей. Огненная плеть неслась на меня, готовая сжечь в пыль все, что встретит на своем пути, однако прямо в полете безупречная огненная техника вдруг начала темнеть и рассыпаться.
Как начали темнеть и жилы самого дракона. Осознав, в чем причина, он опустил морду в сторону дыры в шее и начал скрести в нее своими лапами, пытаясь вырвать оттуда перстень, но у него ничего не получалось.
— ВЫТАЩИ!!! ВЫТАЩИ ЭТО ИЗ МЕНЯ!!! — орало золотое чудовище, извиваясь и доламывая своей огромной тушей остатки стен многострадального королевского дворца.
— Подчинись мне, и я прекращу твои страдания, — громко заявил я, — подчинись мне, Паладину, и останешься жить.
— ЧТО ТЫ О СЕБЕ ВОЗОМНИЛ⁈ ТЫ НЕ ПАЛАДИН ОГНЯ!!! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ!!!
— Паладина Огня больше нет, так что считай я за него, — усмехнулся я и повторил приказ, приправив его от души своей аурой Тьмы, — ПОДЧИНИСЬ, ФАМИЛЬЯР!
На самом деле, я не знал сработает это или нет. Это был своего рода эксперимент, пришедший мне в голову прямо в процессе боя. Раньше я и подумать не мог подчинять фамильяров других стихий, потому что это было неэтично по отношению к другим Паладинам и более того, это бы их ослабляло.
Но сейчас других действующих Паладинов нет, а значит и запрет, придуманный Магистрами, был не актуален. Запрет, который звучал, если кратко как «не спизди фамильяра у ближнего своего».
— НЕ-Е-ЕТ!!! — взревел в очередном яростном порыве Аурелион, продолжая трясти башкой и скрести дыру в груди. Его контакт со стихией дрогнул, огонь стал еще более нестабильным и начал «выливаться» во все стороны, поджигая все чего касался, — Я НЕ СТАНУ!!! Я НЕ БУДУ!!! Я… Я… НЕ МОГУ…
Последнее он простонал с нотками беспомощности в голосе, и я обратил внимание на связывающую его с золотым еретиком энергетическую нить. Похоже, он и правда не может, а фамильяры без Паладинов совсем отбились от рук и стали связывать себя узами с кем попало.
Непорядок.
— Жаль это слышать, — вздохнул я, и выгадав момент, сделал шаг вперед и полетел вниз.
Полетел прямо сквозь огонь. Полетел в сторону дыры в теле извивающегося дракона. Дыры, сквозь которую виднелось бьющееся красное сердце с плотно обтянутой вокруг него золотой цепью.
Инородный предмет фонил проклятой энергией не хуже самого еретика.
Идея что делать дальше возникла сама собой, и прямо в полете, поймав взглядом цель, я вытянул руку и приказал: «оборви».
Послышался оглушающий звон цепей и отвалившихся оков, после чего разъяренная тварь обратила свои красные от боли и ярости глаза на меня, и все обозримое пространство в мгновение ока заслонило стеной сплошного огня.
Глава 15
Небольших размеров пернатое существо висело в воздухе и тяжело дышало. Когти на его крошечных лапах были сточены, в оперении виднелись отчетливые проплешины, а из изогнутого треснутого клюва сочилась кровь.
Выглядел черный попугай неважно и видно было, что даже просто поддерживать полет ему давалось с трудом.
Однако Клювику на это было наплевать. Все его внимание, мысли и желания были всецело направлены на еретика. Были направлены на источающую смрад золотую тварь, которую попуг желал уничтожить, разорвать и распотрошить во благо справедливости и мира во всем мире.