Не знаю, что взбрело в ее обезьянью голову. Устала от дрессировок Лисы? Не любит свадьбы? Или хочет доказать мне свою полезность лично?
Без понятия, но мои команды мартышка хоть и своеобразно, но выполняла. Прыгала сейчас наверху, кайфовала и на первый взгляд не приносила никакой пользы, ведь зрение у нее было паршивое и скакала она так высоко, что даже если нас кто-то нападет, мартышка этого тупо не заметит.
Впрочем, корректировать ее маршрут и указывать на ошибки я не стал. Ведь из сладкой тушки мартышки получится отличный сигнальный труп на атаку с воздуха, к которой я меньше всего защищен в нынешних условиях.
Надеюсь, Лиса уже достаточно хорошо освоила возрождение своих павших питомцев. Иначе будет неловко.
С этими мыслями я срезал черным лезвием очередной зубастый куст, который попытался скрытно меня убить. Уже тринадцатый по счету. Поначалу фауна нас встретила довольно дружелюбно, и попадающиеся твари не превышали «B»-класса опасности, но чем глубже мы заходили, тем сильнее появлялись враги.
Меня пытался убить воздух, пыталась убить природа, пыталась убить трава, подземные твари и твари, выглядящие как камень или безобидное дерево.
Я уже и соскучился по ощущению, когда опасность вокруг тебя ощущается буквально повсюду. И двигаться в таких условиях настолько быстро мне помогал Дух Тьмы, часть которого я выпустил наружу в виде ауры, чтобы обострить чувства и двигаться с помощью его чутья.
Мой волчара за столь короткий срок уже успел доказать свою полезность, и я уже подумывал призвать и подчинить еще одного Духа Тьмы, но все же решил, что еще рановато. Поглощенная энергия дракона во мне хоть и улеглась, но ее все еще слишком много. Одно неосторожное движение и весь этот лес вспыхнет как спичка.
И если я пострадать не боюсь и уж как-нибудь выберусь из пожара, то насчет потерянного женишка не уверен. А ведь я обещал доставить Макса целым и невредимым.
— А вот, собственно, и он, — уловив знакомый аромат озона и искорок электричества в тяжелом воздухе, улыбнулся я, и облизнувшись, ускорился.
Глава 19
Я бежал сквозь заросли и кусты. Взятый волчарой след становился все более явным, и вел в сторону нарастающих с каждым шагом звуков боя.
Карту я уже убрал, так как она стала не нужна, а сам я двигался с максимальной скоростью, попутно анализируя местность. Ведь нахожусь не в парке на прогулке все же, а в глубинах красной зоны, и надо быть на чеку.
Помимо прочего, я подметил, что вокруг совсем перестали попадаться на пути твари. Похоже эта шумиха впереди привлекла не только меня.
Эх, Максим, Максим. Поаккуратнее надо.
Уже представляя, как врываюсь в самую гущу событий и подбирая нравоучительные слова для своего нерадивого ученика, я пробегал мимо небольшого пролеска, и вдруг боковым зрением заметил странную фигуру.
Звуки боя исходили не оттуда, да и опасности там никакой не ощущалось, поэтому я немного удивился, но все-таки остановился, чтобы глянуть не показалось ли.
И нет, не показалось.
На деревьях, в кустах, в импровизированных ямах и свисая с лиан, на границе пролеска притаилось два десятка хищных тварей.
Словно хамелеоны, они слились с местностью и затаились, глядя своими разноцветными голодными мордами в сторону звуков боя и облизываясь, своими длинными сдвоенными языками.
Меня твари не заметили, и теоретически я мог спокойно пойти дальше, но оставлять в спине этих ребят не хотелось.
Ведь это были Игольчатые Адаптивы. Или, если по-простому, Разноцветные Вараны.
Эти ящероподобные существа хитры и безжалостны, охотятся крупными стаями, способны бесшумно передвигаться с дикой скоростью, но свой «А+»-класс опасности эти твари получили не за это.
А за свои адаптивные способности и выдающийся (среди тварей, конечно) интеллект.
Первое исходит из уникальной шкуры Игольчатых Адаптивов, которая в первый год жизни способна впитывать энергию любой стихии, и какой энергии Варан в детстве впитает больше, такие стихийные способности и цвет получит.
В Ордене насчитывалось семь подтвержденных разновидностей Игольчатых Адаптивов, от теневых до огненных.
И если поодиночке эти разнообразные стихийные виды Разноцветных Варанов не представляли особой опасности, то объединяясь вместе, эти твари становились настоящей занозой в заднице Ордена.
Занозой, которая из-за своей мультистихийной адаптивности была способна неприятно удивить даже хорошо подготовленный отряд.