Были бы, если бы тварям попался не я.
Когда и четвертая, усиленная белыми Варанами, волна захлебнулась, обладающие интеллектом умной тумбочки твари начали осознавать кто здесь хищник. До этого они пытались убить меня хитростью и малой кровью, но, когда это не помогло, обрушили на меня все что есть.
Признали равного и пошли ва-банк. Мило.
Все вокруг горело, искрилось, тонуло и взрывалось. Бешеных Варанов было так много, что я перестал считать их трупы, и дабы поберечь тело и энергию, начал использовать местность и укрытия.
Особенно это стало актуальным, когда полезли прямоходящие особи.
Ящеры на двух ногах, с башкой Варана и осмысленным взглядом, оказались куда крепче своих собратьев. И куда хитрее. Они не показывались на глаза, использовали техники невидимости, прятались за пушечным мясом, а атаковали исключительно из моих слепых зон, пуская из круга вокруг шеи иглы с густой фиолетовой субстанцией на острие.
Это уже было что-то из алхимии, и одного взгляда на иглы хватило, чтобы понять, что мой Путь Тела такие не сдержит. Пожалуй, пора задуматься над усилением. А то какие-то цветные ящерицы меня попотеть заставили, одними только отравленными иглами.
И что-то мне подсказывало, что это не единственный козырь прямоходящих.
Так или иначе, им удалось вытеснить меня чуть глубже в лес и окружить.
Загнать туда, где единственным моим укрытием осталось углубление внутри широкого столба старого дерева, которое, как ежик, было от корней до ветвей истыкано фиолетовыми иглами.
Размышляя, что делать с этими невидимыми прямоходящими иглометателями, я таки коснулся одной из игл, и растер фиолетовую субстанцию на пальцах, думая, что может мне показалось и попадание меня не убьет.
Но от одного лишь касания моя кожа покрылась пузырями, начала шипеть, и только пустив Тьму в кончики пальцев, я смог остановить заражение.
Неприятно. Стоит этой гадости попасть в кровеносную систему, смерть наступит за пару секунд. Не удивительно, что эти засранцы стреляют именно ими.
С этой мыслью я глянул на время и покачал головой. Я уже задержался тут больше, чем планировал и как бы мне не были интересны эти необычные прямоходящие, пора с ними заканчивать. Да и кроме дерева, внутри трещины ствола которого я стою, укрытий рядом не осталось.
Хитрые засранцы все сожгли, полагая что загнали меня в угол и прямо сейчас окружили меня со всех сторон, ожидая пока я высунусь.
Вдохнув тяжелый воздух и позволяя, чувству смертельной опасности разбежаться по телу, я поднял руку вверх и приказал: — Покажи.
Из моих пальцев появилась черная бабочка, которая медленно поднималась все выше и выше, пока не выпорхнула из кроны дерева, где ее на открытом пространстве мгновенно обхватил длинный огненный язык Варана. Он обхватил мое порождение словно лассо, и вспышкой стихийного огня сжег.
Бабочка осыпалась черным пеплом, но свое дело порождение сделало.
Я увидел позиции всех врагов. Невидимости на прямоходящих Варанах уже не было. Окружив меня, они сбросили с себя эту затратную технику и использовали выводившуюся энергию на создание тысяч игл, часть из которых они сделали невидимыми, чтобы убить меня наверняка в тот же миг, когда я высунусь.
Только вот умирать в мои планы не входило. Уж точно не сегодня и не от возомнивших себя крутыми стратегами прямоходящих ящериц.
С этой мыслью я закрыл глаза, визуализировал точку каждого Варана, сложил пальцы в форме пистолета и направил на ближайшего.
— Бам! — произнес я, сделав круговое движение кистью.
Олин из перстней, тех, что из пустых, вспыхнул красной вспышкой, и из моего указательного пальца вылетела огненная сгусток энергии с черной сердцевиной из Тьмы.
Прямо в полете, сгусток принял форму пули и по идеальной дуге полетел от меня к ближайшему Варану.
Тварь даже осознать не успела, как нечто черно-огненное пробило ему висок навылет и полетело дальше. Таким же образом сдох второй, третий, четвертый…
Пущенная по дуге пуля спиралью закручивалась по лесу, унося жизни засевших там Варанов одного за одним.
На пятом спиральном обороте, живых тварей вокруг меня не осталось, и я спокойно вышел из укрытия и осмотрелся. Живых Варанов вокруг не осталось на километры вокруг, а над трупом ближайшего из них сидела мартышка, и с интересом тыкала в его мертвую морду фиолетовой иглой, при этом благоразумно держась пальцами за незараженный кончик.
Как ни удивительно, мартышка смогла выжить, только вот это был еще не конец боя. Из леса, со стороны звуков боя, которые еще оттуда доносились, к нам приближались.